Острая стратегическая недостаточность

Но расход энергии насосами так велик, что при нынешних тарифах на электричество и ценах местной сельскохозяйственной продукции строительство комплекса каналов, трубопроводов и насосных станций вряд ли окупится. Более того, даже обустройство на южном конце системы ГЭС, использующих накопленную перебрасываемой водой потенциальную энергию, компенсирует далеко не все энергозатраты: даже если считать КПД этих ГЭС идеальным, они не вернут энергию, истраченную на преодоление трения водного потока.

Потечёт из энергозоны дешёвое электричество – потечёт в Среднюю Азию дешёвая вода. Восстановится климатическая норма и всего региона, и – через механизм циклонального переноса – и Китая, и даже Западной Европы.

Последнее следует отметить особо. Традиционно считается: раз в Европе господствуют ветры с океана, то и климат в ней зависит исключительно от состояния Атлантики. Но ведь ветер – как и любой поток – создаётся разностью условий между его источником и приёмником. Катастрофическое осушение центральноазиатского воздуха не могло не повлиять на движение воздуха, насыщенного морской влагой, через весь континент. И судя по частоте нынешних природных катаклизмов – повлияло пагубным образом. Достаточно учесть: за последние годы только засуха и жара причинили Европейскому Союзу убытки на сотню миллиардов евро, а катастрофические наводнения – и того больше. Восстановление влагосодержания, характерного для Центральной Азии до эпохи массированного разбора Аму-Дарьи и Сыр-Дарьи на орошение, создаст мощный стабилизатор климата по всей Евразии, где аномальные экстремумы уже превращаются из редчайших исключений в разрушительную норму.

Все страны, обретающие стабилизацию, будут столь заинтересованы в проекте, что скорее всего также захотят участвовать в его финансировании. Нам это выгодно не только в чисто денежном плане, но и с точки зрения контроля. Если акции распределятся между достаточным числом государственных и коммерческих структур Евразии, риск перехвата управления окажется минимален, так что территориальный вклад Казахстана и технологический вклад России обеспечит сохранение комплекса в наших руках. В то же время Запад сможет не опасаться приостановки своего снабжения по политическим причинам – слишком уж разнообразны будут интересы всех владельцев. Можно даже предоставить энергозоне какую-либо ограниченную форму экстерриториальности, тем самым снимая любые политические сомнения любого участника проекта. Причём для ЕС это станет своеобразной формой сублимации имперских амбиций брюссельских чиновников (хотя они сами эти амбиции и отрицают).

КИТАЙСКИЕ ВОДЫ

Интерес к гидротехнической части проекта неизбежно проявит и Китай. Его сельское хозяйство уже несколько веков использует почти все доступные в стране водные ресурсы. Великие китайские реки Хуанхэ и Янцзы разобраны по орошаемым полям в значительно большей степени, нежели великие среднеазиатские реки Аму-Дарья и Сыр-Дарья. Правда, китайская ирригационная система обеспечивает возврат в реки значительной части вод с полей, так что тамошние реки всё же добираются до океана.

В последние десятилетия в китайское водное хозяйство всё активнее вовлекаются верховья Иртыша, ибо прилегающие к ним земли, населённые в основном уйгурами и прочими тюрками, всё плотнее интегрируются в общекитайскую экономическую и политическую систему. Заодно Китай обрёл и дополнительный рычаг давления на Казахстан: чем больше иртышской воды используется в верховьях, тем меньше перетекает через границу. Поэтому Китай политически не заинтересован в появлении у Казахстана независимого источника водоснабжения. Да и все прочие источники экономической независимости казахов сокращают китайские возможности поглощения Центральной Азии.

Но потребность Китая в среднеазиатских ресурсах можно удовлетворить и нормальной торговлей. А вот источников воды, доступных за любые деньги, Китай пока не может изыскать. Поэтому его включение в систему снабжения сибирской водой скорее всего будет сочтено более чем приемлемой компенсацией отключения возможности давления на Казахстан через Иртыш. Более того, Китай может без особого труда для себя оплатить значительную часть всей системы транспортировки воды (и предоставить кредит на весь объём работ).

ЭКОЛОЖЬ И ЭКОПРАВДА

Несомненно, привлечение внешних источников финансирования вызовет очередной всплеск праведного эколожеского негодования. Мол, раз нам дают деньги на преобразование природы – значит, это преобразование заведомо разрушительно, даже если ни в каком ином месте такой проект неосуществим.