От былины до считалки

Ай да на заре-то было ай, братцы, на зо...

Ай на зореньке,

Ай да на восходе-то было солнца кра...

Ай было солнца красного,

Ай да что не сокол с орлом солета...

Солеталися,

Ай да что не сокол-то с орлом здоровля...

Ай они здоровлялися.

Ай да что не сокол у орла расспра...

Ай расспрашивал:

— Ай да ты скажи мне, орел сизокры...

Ай орел сизокрылый мой,

Ай да чем турецкое поле прнукра...

Приукрашено?

Ай да чи буграми да чи поле доли...

Ей-ей да чи поле долинами?

А орел отвечает соколу:

Ай да чн буграми чи да поле доли...

Ай долинами,

Ай да чи казачьими полюшко моги...

Ай полюшко могилами.

Вот еще одна старинная лирическая песня необыкновенной красоты и силы:

Ай да ты свети же, скажем, просвети,

Ай да батюшка да ты светел месяц,

Ай да ты свети же, скажем, просвети,

Ай да ты свети во всю линию,

Ай да чтобы видно мне было молодцу,

Ай да видно из плену убежать мне,

Ай да из турецкой неволюшки.

Конечно, прекрасен Музыкальный образ этой песни. Но мне, литератору, словеснику, всегда бывает очень обидно, что слушатели не получают полного представления об удивительной красоте содержания, о гармонических образах старой песни, о ее простой, но такой емкой композиции, о какой-то мудрой ее наивности.

Вот бежит казак из плена, из турецкой неволи и спрашивает себя:

А где же я, молодец, ночевать буду?

И сам себе отвечает:

Ай да заночую я, добрый молодец,

Ай да в поле при дороженьке.

Ай да что же я, молодец,

Ай да что же я в головах-то класть буду?

Ай да положу я, добрый молодец,

Ай да руку свою только правую.

Ай да чем же да ведь я, добрый молодец,

Ай да чем же я накрываться-то буду?

Ай да что покроет-то меня, раэдоброго молодца,

Ай да ночка она темная, темная ночка...

35 лет занимаюсь я фольклором и не перестаю удивляться гениальной художественной одаренности нашего народа. И еще: какая удивительная у народа память! Вот пел Андрей Иванович про сына Степана Разина. В песне сохранилось воспоминание об очень давних исторических событиях. Но как точно показана расстановка социальных сил. Вообще, классовая память, если можно так выразиться, у народа наиболее крепка.

Песня донесла до XX века и множество деталей живой тогдашней действительности. Вот посмотрите, как одет посол Разина — одежда эта, разумеется, не повседневная, а нарядная, праздничная, богатая: на нем сафьяновые сапоги, кафтан с махориками (то есть с кистями), шапочка с позументами. Любой историк русской одежды с точностью до десятилетия датирует этот костюм.

Но пойдем еще дальше. Киевская, Новгородская Русь... Андрей Иванович запел о Садко. Вы подумайте: Садко! И сюжет исторически очень интересный, редкий, если не редчайший сегодня: Садко — представитель богатого и независимого еще в ту пору Новгорода насмехается над Москвой. Господин Великий Новгород, торговый город — богаче Москвы.

Ай да что продам я Москву да снова выкуплю,

Ай да что пожаром спалю ее, да лучше выстрою!

Ай да что каэна-то она новгородская,

Ай да что богаче она князя московского.

Прикиньте-ка, сколько лет этому конфликту, если уже к 1478 году Новгород утратил свою независимость. Былина любуется Садко, но она знает, на чьей стороне сила и историческая правда. И всё высказывается не отвлеченно, не прямо, а в одном эпитете:

Ай да в глупо м-т о уме Садко выхваляется...

Былина поется еще протяжнее, еще больше здесь повторений, возвращений: о самых важных предметах рассказывает она. Вот как выглядит начало былины об Илье Муромце:

У славного у князя,

Было князя у Влади... е-ай да, князя у Владимира,

Ай да вот и собиралася да у нас,

У нас пир да беседушка, беседа она почтенная,