От Нефертити до Бенджамина Франклина

Кромвель сказал, что подумает, поблагодарил Парламент и отказался. Он остался лордом-протектором при условии принятия новой Конституции, согласно которой он мог назначить себе преемника. И это было потом выполнено.

Почему он не пожелал стать королем? Вероятно, сработал здравый смысл провинциального помещика. Никогда Англия не приняла бы монарха из этой среды. Монарха, который, образно говоря, пас свиней. Невозможен монарх без аристократизма, без «голубой крови». Да, Стюарты были ужасны. Но многие уже начинали подумывать о том, что, может быть, следующие Стюарты будут лучше. И уже начали называть Карлом II и Его Величеством жившего в эмиграции сына казненного короля.

Кромвель все это, видимо, ощущал. Но, руководствуясь логикой революции, повел себя как истинный тиран. Он стал рассаживать по важнейшим должностям своих родственников. Его младший сын Генри сделался наместником в Ирландии, за счет которой еще можно было обогатиться. Зять фактически командовал армией.

Были родственники и в Государственном совете. А сам лорд-протектор, никому не доверявший, с каждым днем мрачнел все более и более.

Фактически он был королем. Налаживал контакты с монархами Европы. Он надеялся, что Англия достаточно запугана. И разогнал Парламент.

В конце жизни Кромвель отказывался от пищи и лекарств, говоря: «Я считаю, что я должен скорее уйти». За несколько часов до смерти он назвал преемника — любимого сына Ричарда. 3 сентября 1658 года диктатор умер в возрасте 59 лет, надеясь, что сын сумеет сохранить позицию лорда-протектора.

Но Ричард был похож на лорда-протектора не больше, чем его отец на аристократа. Молодой человек, не склонный к государственной деятельности, желавший только хорошо жить. Это повлияло на умонастроения в Англии. Та самая толпа, которая когда-то аплодировала казни Карла I, обожала Кромвеля, потом критиковала Кромвеля, теперь хотела вернуть короля.

Меньше чем через полгода Ричард отказался от должности. Он обеспечил себе долгую спокойную жизнь, а Англия бурно приветствовала короля Карла II.

Оливера Кромвеля посмертно предали казни. Всего три года назад его пышно, как короля, хоронили в Вестминстерском аббатстве. Теперь же тела Кромвеля и двух его соратников извлекли из гробов и повесили за шеи. Скелеты висели до вечера. Потом их сняли, головы нацепили на копья и выставили в центре Лондона. Революция — мастерица страшных судеб!

Бенджамин ДизраэлиСделавший невозможное

Бенджамин Дизраэли многолик, бесконечно разно образен. Он сам вылепил свою удивительнейшую биографию. Он сделал карьеру, невероятную для Англии XIX века. А важнее всего то, что он реализовал невозможную, на первый взгляд, вариацию собственной жизни. По его собственным словам, «залез на намыленный столб».

Еще в детстве он заявил, что будет премьер-министром. Есть в этом что-то от Генриха Шлимана, который, разглядывая картинки, где была изображена горящая Троя, обещал найти этот город. И нашел. Но то был романтический порыв. А в случае Дизраэли — упорное, прагматичное строительство своей жизни. Причем из весьма скудных строительных материалов.

Он ничего не получил от судьбы в готовом виде — за все бился. Бился тяжело. И с этого «намыленного столба», добравшись, казалось бы, до первой зарубки, стремительно съезжал. Но не падал духом.

Он прожил 76 лет — с 1804 по 1881 год — и скончался не то чтобы в бесславии, просто в безвластии. Лидер и идеолог английских консерваторов, он был министром финансов и несколько раз премьер-министром Великобритании. Побывал и в оппозиции. В борьбе между либералами и консерваторами мог спокойно перейти в любой стан, который вел его к цели. Сын еврея, принявшего христианство, он в 1876 году стал английским лордом Биконсфилдом. В нем счастливо сочетались политик и писатель: он автор более чем 20 романов, не переведенных, к сожалению, на русский язык, и огромного числа философских трактатов.

Дизраэли родился в наполеоновскую эпоху, когда отгремела Английская революция и буржуазия завоевала себе место под солнцем. Теперь это сословие стремилось пользоваться своим новым положением, жить как можно богаче, спокойнее и увереннее. Настал респектабельный век.

Сначала фамилия д’Израэли писалась через апостроф и вызывала ассоциации с народом израилевым. Отец будущего премьер-министра, тоже Бенджамин, был еврейским писателем. Мать — Сара д’Израэли — ненавидела свое происхождение и прямо об этом говорила. Она отказалась от каких-либо отношений с еврейской общиной.

Став взрослым, Израэли превратил свою фамилию в Дизраэли. В таком написании и звучании она казалась итальянской. А в автобиографии Дизраэли даже придумал себе аристократических предков. Якобы это были евреи, принявшие христианство в Испании и Португалии. В конце Средневековья этот процесс был массовым, и кое-кто из евреев, принявших христианство на Пиренейском полуострове, действительно получил дворянские титулы в позднефеодальной Испании. Однако реальные предки Дизраэли не аристократы, а торговцы.