От Николы Теслы до Большого Взрыва

Однако нельзя преувеличивать значение такого показателя. В период максимальной активности общая величина излучения увеличивается менее чем на один процент. Значит, Солнце следует считать постоянной звездой. И это очень существенно, когда речь идет о геосферах, на которых в наибольшей степени сказывается именно количество солнечной энергии.

В периоды солнечной активности резко возрастает мощность ультрафиолетового, рентгеновского и радиоизлучений. На таком основании Солнце следует считать переменной звездой. (Между прочим, техногенное излучение Земли в данных диапазонах в нашу эпоху превышает эту величину. Область деятельности человека — техносфера — приобрела поистине космические масштабы.)

Для любой точки нашей планеты излучение Солнца крайне переменно: от дня к ночи, от пасмурной погоды до ясной, от зимы к лету и т.п. «Относительная переменность Солнца» (с земной точки зрения) и определяет, главным образом, великое разнообразие и сложность процессов, происходящих в сферах Земли.

...Шторм, как известно, сильнее всего бушует у поверхности моря. С глубиной его сила затихает и в конце концов сходит на нет. То же и в атмосфере. Мощные магнитные бури заметнее сказываются в самых ее верхах — в ионосфере. Здесь силой солнечного излучения атомы лишаются своих электронных оболочек, превращаясь в ионы. С увеличением излучения усиливается и этот процесс ионизации, а значит — и электрические свойства ионосферы, плотность, температура.

Слои ионосферы частично отражают радиоволны, позволяя вести дальнюю радиосвязь, несмотря на круглоту Земли. Во время магнитных бурь из-за резких изменений свойств ионосферы нарушается дальняя радиосвязь. В приполярных районах в такие периоды в ночном небе обычно расцветают перламутровые полярные сияния. Все это позволяет сделать вывод, что режим верхних слоев земной атмосферы определяется солнечной активностью.

Американские геофизики Р. Уиттен и И. Поппов писали: «Большая солнечная вспышка — это драматическое событие для нижней ионосферы, влекущее за собой обширные последствия, происходящие как немедленно, так и с небольшой задержкой». Особо подчеркивали они роль солнечных излучений большой энергии («рентгеновских лучей») — невидимых кинжалов, терзающих ионосферу планеты, проникающих глубоко в ее рыхлую плоть.

Солнце приводит в движение весь механизм атмосферы, питает его энергией. Можно даже сказать, что низы воздушной оболочки перенасыщены этой энергией. То там, то сям грохочут молнии, разряжая «атмосферный аккумулятор»; возникают гигантские вихри: циклоны и антициклоны.

Как влияют на все это всплески солнечной активности? Тропосфера защищена от некоторых видов солнечной радиации благодаря экранирующему действию геомагнитного поля и слоев стратосферы, радиационных поясов, а движение воздушных потоков осложнено рельефом Земли, соотношением суши и моря, многими другими факторами. Поэтому трудно представить себе, что колебания солнечной активности способны заметно сказываться в низах атмосферы, тем более — в примитивной зависимости от числа Вольфа.

Еще в XIX веке немецкий географ Э. Брикнер обнаружил 35-летний, в среднем, период колебаний климата (температуры, осадков, давления, уровня озер), проанализировав метеорологические данные за два столетия.

Верность тех или иных научных обобщений определяется точностью прогноза. Если астрономы умеют предсказать затмение Солнца или Луны с точностью до минуты, то мы верим в правильность найденных ими законов движения планет, ну а если бюро погоды сулило нам вёдро, а в действительности начал лить дождь, как из ведра, то мы имеем все основания усомниться в том, что метеорологи открыли все секреты погоды.

(Нельзя забывать и о своеобразии природных явлений. Некоторые из них как будто имеют свойство закономерно нарушать установившиеся закономерности, быть случайными, рано или поздно «подшутить» над предсказателями.)

Так вот согласно «Брикнерову ритму» следовало ожидать около 1913 года максимума осадков в Евразии. Действительно, так произошло. Однако следующая дата — засушливость 1927—1929 годов — не подтвердилась.

Советский географ Л.С. Берг, исследуя количество осадков в Петербурге-Ленинграде за 1831—1928 годы, не обнаружил Брикнеровых периодов: «Колебания действительно есть, но они за указанный срок имеют периодичность от 22 до 29 лет». Он подвел итог: «Вообще относительно климатических периодов замечено, что они в течение некоторого времени выдерживаются, а затем периодичность обрывается».

Сказывается, пожалуй, эффект качелей. Однообразные толчки временами, попадая в такт, совпадают с колебаниями качелей, усиливая их, но через некоторое время они будут слишком частыми для возросшего периода колебаний и станут гасить, сглаживать качания. Чтобы позже, вновь попав в такт, начать новый цикл синхронности толчков и качаний. Не так ли «раскачиваются» Солнцем некоторые природные процессы?