От отца к сыну. Как передать ребенку христианские ценности

Последние три слова. Любовь к другому как к ценности, любовь к нему, такому, какой он есть (к тому, какой он сейчас – независимо от твоих ожиданий, запросов, целей), зреет с течением времени. Оценка созревает со временем, с развитием отношений, с терпением. Терпение никогда не прекращается: три года, пять лет, для кого-то шесть. Ты никогда не отступаешь. Поэтому важно понимать, как связаны оценка и время. Приведу только один пример неверного понимания этой связи: иногда в нас все еще живет искушение вычислить итоговый результат на основе среднего арифметического всех оценок, полученных в течение года. По-моему, нет ничего более абсурдного. Может быть, это и рациональный метод, но здесь он совершенно неуместен. Метод как таковой верен, но применяется в ошибочном контексте. Позиция, о которой мы говорим, на самом деле отрицает идею о том, что суждение, зреющее со временем, может появиться как среднее арифметическое всех происходящих событий. Мы принадлежим культуре, которой свойственно понимание того, что все прошлое искупается одним мгновением настоящего. Ценность, оценка – это всегда ценность в настоящем, ценность настоящего. Если бы Иисус в ответ на мольбу благоразумного разбойника стал высчитывать среднее арифметическое между всей совокупностью разбоев, убийств и прелюбодеяний, совершенных им за тридцать-сорок лет, и единственным моментом раскаяния, Он вряд ли смог бы ответить: «Сегодня ты будешь со Мной в раю».

Оценка словно принимает все прошлое и спасает его. Можно сказать и так: оценивать – значит спасать в настоящем все прошлое, все зло и все добро, и это возможно благодаря тому, что происходит в настоящем. Подводить итоги года – значит смотреть на ученика через призму того, какой шаг он совершил, какой точки достиг сейчас. Тебе пришлось поставить ему десять четверок, чтобы в конце концов он пришел к «шести»? Это еще более похвально, ведь он как будто десять раз упал и наконец достиг вершины, и, когда ему наконец это удается, ты обнимаешь его и поздравляешь радостнее, чем других! На пути к вершине он упал десять раз, но тот факт, что он до нее добрался, искупает все десять падений и определяет ценность всего пути. Если высчитывать среднюю величину, то «десять падений» плюс «одно достижение цели» в итоге даст «оставлен на второй год»… И что, ты сбросишь его с горы, поскольку он «не заслужил» того, чтобы дойти до вершины? Мы часто слышим такие рассуждения: «Я не могу стерпеть тот факт, что он ничего не делал и издевался надо мной весь год; и теперь, просто потому что он поучился одну неделю, я должен поставить ему положительную оценку, поскольку он гений? Я не позволю ему обвести меня вокруг пальца, он мне за все заплатит». Подобные высказывания выдают нашу озлобленность и претензию на шантаж; о если бы мы, напротив, хоть иногда думали о том, как бы мы хотели, чтобы другие поступали с нами.

* * *

Предпоследнее замечание. Если верно все, что мы до сих пор говорили об оценке, то на нас лежит и ответственность за отношения с родителями. В идеале преподаватель и школа в целом должны быть готовы в любой момент дать оценку происходящему с ребенком, а значит, должны быть способными вступать в общение с семьями, задействовать их в учебном процессе, нести перед ними ответственность. Невозможно представить что-либо более печальное, чем семья, которой приходится пассивно ждать итогового результата детей как приговора с небес, полностью оторванного от пути, ведущего к этому результату.

Наконец, последний пункт. Умение оценивать (в той перспективе, о которой мы говорим) помогает росту профессионализма. Такая оценка не является приблизительной или поверхностной. Напротив, описанный нами подход позволяет «заточить инструменты», лучше осознать и сформулировать, что мы хотим сказать, когда ставим «шесть», «семь», «восемь»…

Любовь изменяет реальность в малейших ее деталях. Более того, именно любовь дает внимание к деталям, а потому и ко всем инструментам, средствам. И наоборот, если любви нет, все, что мы говорим, – макулатура, все наши действия пустая бюрократия, заполнение бланков, формализм; горы бумаг, которые тебе приходится заполнять, никак не связаны с твоей работой. Если инструменты работы никак не связаны с реальным трудом, это свидетельствует об отсутствии любви к себе и к другому. Напротив, если человек привязан к себе, к своей работе, к другому, он заботится и об инструментах: совершенствует их, профессионально растет, становится аккуратнее, внимательнее, креативнее. Если у него нет инструментов, он их придумывает.

Эти слова – не общая рекомендация, после которой ничего не меняется; если в нашей работе ничего не сдвигается с привычной точки, значит, мы даже не начали делать того, о чем говорили до сих пор. Мы убедимся, что находимся в описанном положении, лишь когда начнем оттачивать инструменты – до самых мелких деталей. Инструмент можно изменить, его можно даже выкинуть, потому что мы можем тысячу раз ошибаться; но мы постоянно ищем правильные, адекватные инструменты.