От Рима до Милана. Прогулки по Северной Италии

Некоторые историки сомневаются, была ли дружба между Лукрецией и кардиналом Бембо невинной, и было ли ее восхищение мужем золовки, Фредерико Гонзага, таким уж платоническим. То, что недоверие к Лукреции не ослабевает, заставило одного исследователя задуматься: если Изабелла не сумела скрыть своих подозрений, уж не отомстила ли ей Лукреция и не вступила ли в интимные отношения с маркизом Мантуи. Если это было так, то странно, что через семнадцать лет брака, когда Лукреция умерла на руках мужа, первый, кому написал безутешный Альфонсо, сообщив о смерти супруги, был маркиз. «Я не могу удержаться от слез, — писал он, — сознавая, что лишился такого дорогого и замечательного друга. Нежная любовь, существовавшая между нами, ее добродетель накрепко меня к ней привязали». Сердце Альфонсо было разбито. На ее похоронах он потерял сознание. Умерла она в тридцать восемь лет, родив мертвого ребенка. Она знала, что ей не жить. Умирая, она написала следующее письмо папе, Льву X:

Святой отец, благородный учитель! С великим уважением припадаю к ногам Вашего Святейшества и смиренно прошу святого прощения. Отстрадав более двух месяцев, рано утром 14-го числа сего месяца Господу угодно было разрешить меня от бремени. Я родила дочь и надеялась, что страдания мои на этом закончатся, но этого не случилось. Я должна оплатить долги. Столь велики были благодеяния, которые милосердный Создатель оказывал мне, что к концу своей жизни я подхожу с радостью, зная, что через несколько часов, после того как приму в последний раз Святые Дары церкви, буду освобождена. Придя к этому моменту, я хочу как христианка — хотя я и грешница — просить Ваше Святейшество о милосердии. Прошу дать мне утешение и благословение моей душе. Вручаю вам себя в полном смирении и прошу о милосердии, Ваше Святейшество, к мужу моему и детям.

Феррара, 22 июня 1519, четырнадцатый час.

Смиренная слуга Вашего Святейшества Лукреция д'Эсте

После ее смерти говорили, что она носила власяницу, хотя, возможно, это был шнурок от третьего ордена Святого Франциска. Лукреция родила четверых детей, и старший сын наследовал трон отца и стал Эрколе II. Другой сын, Ипполито, сделался кардиналом и известен истории как Ипполито II. Не стоит путать его с его неприятным тезкой и дядей.

Такие мысли пронеслись в моей голове, когда я стоял подле скромного надгробия в монастыре Тела Христова. Мне хотелось спросить, не осталось ли чего-нибудь в общине от Лукреции и не помнят ли здесь о ее благотворительности, о посещении монастыря во времена скорби, но закутанные фигуры не располагали к разговорам. Когда я уже выходил, попросил одну из сестер положить маленький подарок в ящик для пожертвований. Ощутил жадные костлявые пальцы, и мне показалось, что под темным капюшоном прячется голова, похожая на череп.

Когда мы вышли на улицу, я спросил у своего молодого друга, очень ли бедны монахини.

— Говорят, они голодают, — ответил он. — Понимаете, никому нет дела. В нашем городе полно коммунистов.

Глава седьмая. Верона и Падуя

Верона — город красного мрамора. — Римский амфитеатр. — Могила Джульетты. — Виченца. — Театр Палладио. — Падуя и ее университет. — Анатомический театр. — Английские студенты-медики. — Святой Антоний Падуанский. — Дорога в Венецию.

1

С Эмилией-Романьей я распрощался. Переправившись на левый берег, оказался уже в области Венето. Дорога манила в Падую и Венецию, но я оказался одним из немногочисленных путешественников, которые сознательно выбрали другое направление — отправился на запад, в Верону. Как и в Ломбардии, где перевалы Симплон и Сен-Готард ведут к итальянским озерам и Милану, так и в Венето знаменитый перевал Бреннер ведет к озеру Гарда и Вероне. Невозможно определить, какие ворота в Италию производят более сильное впечатление.