Большая часть фашистской бюрократии выжила. Де Гаспери и министр внутренних дел Марио Шельба лично следил за «восстановлением на прежней работе персонала, серьезно скомпрометированного фашистским режимом».
Как и в других оккупированных ими странах, в Италии Соединенные Штаты активно вербовали в свои спецслужбы и создавали секретные антикоммунистические вооруженные группы.
Принц Валерио Боргезе, носивший прозвище Черный принц, руководил в годы фашизма спецслужбой «Децима МАС», которая специализировалась на выслеживании и убийстве коммунистов. В конце войны партизаны схватили Боргезе и намеревались его повесить. Но 25 апреля 1945 года американский консул адмирал Эллери Стоун поручил спасти Боргезе сотруднику УСС (позже – известному агенту ЦРУ) Джеймсу Энглтону. Тот вырвал его у партизан, в американской офицерской форме доставил в Рим и сдал в судебные инстанции. Американцы сделали так, что Боргезе был объявлен судом невиновным. Энглтон сделает карьеру, возглавляя контрразведку в ЦРУ с 1954 по 1975 год. Но сначала он стал «ключевой для Америки фигурой, контролирующей все правое крыло и неофашистские политические и военизированные группы в Италии в послевоенный период».
Первые послевоенные выборы состоятся 2 июня 1946 года, к которым был приурочен и референдум по вопросу о государственном устройстве страны. Впервые в Италии голосовали женщины.
На выборах в Учредительное собрание Христианско-демократическая партия получила 31 % голосов, опередив социалистов с 20 % голосов и коммунистов с 19 %. Остальные голоса распределились между представителями левого направления – Партия действия, Республиканская партия – и ультраправыми.
Одновременно с избранием Учредительного собрания избиратели должны были на референдуме дать ответ, будет ли Италия монархией или республикой. Вопреки прогнозам, 54 % итальянцев высказались за республику. Король Умберто II, вступивший на престол после отречения от власти Виктора Эммануила III, покинул не только трон, но и страну, отправившись в изгнание.
В мае 1947 года под давлением Ватикана и Соединенных Штатов, от которых Италия получала экономическую помощь, де Гаспери выведет из состава правительства коммунистов и социалистов.
Однако англо-американские власти, сделавшие ставку на Христианскую народную партию, Либеральную партию и короля Леопольда, активно занялись организацией поворота вправо, дискредитацией и уничтожением компартии.
Как показало расследование бельгийского Сената в отношении операции «Гладио» в начале 1990-х, в первые годы холодной войны была создана бельгийская сеть секретных подразделений, предназначенных для действий против коммунистов внутри страны, состоявшая из двух структур: SDRA8 и STC/Mob, интегрированных в Общую службу разведки и безопасности, подчинявшуюся Министерству обороны Бельгии. «Таким образом, – говорилось в отчете Сената, – Бельгия, в отличие от других стран, изначально имела гражданскую и военную секретную организацию». Ее бойцы по своим убеждениям в основном были роялистами.
В марте 1947 года коммунисты будут вынуждены выйти из правительства социалиста Камиля Гюисманса. Сформированное тогда же правительство во главе со Спааком полностью ляжет под американцев, приняв и план Маршалла, и вступив в НАТО.
Вернется и монархия, хотя Леопольд III, находившийся в Швейцарии, стал символом глубокого раскола страны. На его стороне выступила Социально-христианская партия, созданная в 1945 году на основе прежней Католической партии, и Фландрия; против него – социалисты, коммунисты и Валлония. «Для его противников он был „королем коллаборационистов“, для его сторонников – плотиной на пути большевистского дьявола, угрожавшего с востока, непогрешимым христианским рыцарем», – писал ван Истендал.
Леопольд III дождется референдума, хотя бельгийская конституция его не предусматривала в принципе. Но
Когда король в августе 1950 года принес присягу в бельгийском парламенте, коммунист Лахот выкрикнул в знак протеста:
– Да здравствует Республика!
Две недели спустя Лахота застрелят перед его домом.
На выборах в фолькетинг 30 октября 1945 года КПД получила 18 мандатов. Испугавшись роста ее авторитета, правые лидеры СДПД отказались от создания рабочего правительства.