Отечественная война 1812 года. Школьная хрестоматия (СИ)

Известно, что горячая кровь полуденных людей сильнее противится действию холода, чем медленнее обращающаяся кровь жителей севера. Последним сама природа дала защиту, звериные кожи, в которые с мало-летства, пеленаясь, они прячутся в невыносимо жарких своих избах. Первые целый век любят жить на воздухе, который при всякой температуре, обхватывая весь состав их, приучает его к перенесению всяких непогод. Кто не видел французов в одних фраках, с руками в карманах, весело пляшущих на морозе, когда термометр показывает десять или двенадцать градусов? Цыгане, не погибая, в кибитках своих всю зиму кочуют у нас на севере. Отчего же русские, преследуя французов, подобно им нападали как мухи? Оттого, что они были в шапках, в шубах, даже в лаптях и не с пустыми желудками; оттого, что воины непобедимой армии шли наги, босы и голодны. В таком состоянии должны бы они были гибнуть и среди лета. А кто привел их к нему? Прозорливый, терпеливый наш Фабий, великий русский вождь все расчел, все предугадал; умудрил его Господь, «насылая слепоту на того, кто мысленно дерзал уже почитать себя ему равным». С самых первых шагов Наполеона в России заметны были в нем нетерпеливость, самонадеянность, опрометчивость; заметно было, что надежды не столько возлагает он на гениальность свою, как на счастье и на сплоченные им массы, огромный запас людей. «Двадцать пять тысяч человек могу я проживать ежемесячно», — говорил он, и он промотался и бежал из России, как должник от тюрьмы. Не столько храбрость и число солдат, сколько искусство полководцев дарует победы. Спрашивается: кто из двух показал тут более искусства? Уж конечно тот, кто с меньшим числом войск предводительствовавшего несметными силами заставил обратиться в бегство. Все еще толкуют о генерале — морозе, забывая, что этот год осень стояла у нас теплее, чем во Франции, что первые поражения при Тарутине и Малом Ярославце были в начале октября, и что на протяжении почти четырехсот верст от Москвы до Смоленска, когда еще генерал этот не думал показываться, уже целые бригады и дивизии начинали исчезать в неприятельской армии.