Откровенный разговор, или беседы о жизни с сыном-старшеклассником на пределе возможной откровенности

Именно здесь со всей возможной прямотой и суровостью я обязан сказать тебе правду о водке, чтобы не было в твоем сознании засоряющих его иллюзий и неверных, пошлых сведений. Водка — наркотик. Это тот выжигающий человека изнутри пожар, который со временем требует все больше и больше горючего. В ход идет все подряд, с треском горит абсолютно все: твои физические возможности, твои мыслительные способности, твое чувство чести. Ты становишься преступником против себя, против своей единственной, дарованной тебе судьбой и нами, родителями, жизни. Во имя чего? Ты становишься преступником против своей жизни, которую ты обездоливаешь? Во имя чего? Ты становишься преступником против своего народа, ибо какой же ты для него работник и какой ему защитник! Во имя чего? Но самое страшное в том, что ты становишься преступником против будущего всего человечества, ибо переданную нами тебе эстафету, свой святой долг, ты пересылаешь последующим поколениям через неполноценных, дебильных, умственно и физически отсталых детей, твоих детей. За что? Во имя чего? Почему?

В первую очередь водка бьет по самым тонким клеткам нашего организма мозга и органов размножения. Нет, мой друг, мой сын, этот путь для тебя, для нас категорически невозможен!

Я говорю тебе об этом, потому что это вопрос не только здоровья, но и нравственности, но и качества личности. Истоки нашей силы и нашего наслаждения жизнью — совсем в другой стороне.

Кто лучше тебя, мой сын, знает, сколько было действительно катастрофических потрясений в моей жизни, в какие сложные ситуации я попадал? И что же? Все это было, разумеется, тяжко, но каждый раз силой, непонятной даже для меня самого, я был поднят, как ванька-встанька, и мои недоброжелатели никак не могли понять, почему же я весел, почему мурлыкаю песенки, поднимаясь по лестнице…

Видимо, дело не только в поддержке настоящих друзей, не только в уверенности в своей правоте, но и в том, что за меня и на меня работает абсолютное правило — вечное движение, постоянные физические нагрузки, все, какие только можно придумать… В этом весь мой «секрет», здесь место, где спрятана, как в сказке о Кащее, моя «бессмертная душа». Я думаю, злобные люди потому злы, что они, как правило, слабы в работе, ленивы и завистливы и ищут оправданий своей слабости не в себе, а в обстоятельствах. И снова к «секрету»: чтобы физически нагружаться, нужно постоянно преодолевать себя, свою лень, свое безволие. Лентяи на это не пойдут., В лучшем случае они два утра подряд перед форточкой помашут руками, тем дело и кончится.

И, возвращаясь к теме, повторю: для того чтобы иметь основания уважать себя в качестве мужчины, чтобы иметь прочный фундамент под своими принципами, чтобы не знать страха в таких жизненных схватках, которые куда опаснее, чем схватки с хулиганьем, т. е. чтобы сохранить себя как личность не только на долгие годы, но и на многие десятилетия, нужно, не жалея сил и времени, тренировать материальную опору своего бессмертного духа, свое бренное тело.

Думаю, что многие меня либо не поймут, либо решат, что я очень и очень преувеличиваю. Что ж, здесь, как и всюду, критерием истины явится практика. Могу сказать скептикам только одно: поживем-увидим… Парадокс, однако, заключается в том, что в условиях нашей и комфортной, и одновременно стрессовой цивилизации и пожить, и увидеть можно будет лишь в том случае, если эти скептики займутся физической культурой с тем же рвением, с каким занимаются они усовершенствованием своего интеллекта…

ВРОВЕНЬ С ТРУДОМ, ВРОВЕНЬ С ЛЮБОВЬЮ

Мне хочется, сын, рассказать тебе в этой книге еще о других важных вещах, думаю, особое место должны будут занять в ней беседы о труде, о любви, об отношениях мужчины и женщины и о многих других категориях жизни, без которых, собственно говоря, и жизнь не в жизнь. И при всем при том я снова и снова хочу остановиться на занятиях спортом, на культуре тела, ибо вижу отчетливо: вместе со стремительным развитием цивилизации, опережая это стремительное развитие, должны расти наши успехи в области основ жизни движения.

Может быть, я несколько забегаю вперед, но именно вперед, а не в сторону, когда утверждаю важность физической культуры наравне с культурой труда, с культурой чувства.