Откровенный разговор, или беседы о жизни с сыном-старшеклассником на пределе возможной откровенности

Позволю себе сказать, что мужчина с подобным взглядом на мир — это действительно современный человек, ибо он видит жизнь по Копернику, а не по Птолемею. Он знает, что солнце, что центр коловращения — это женщина, а не он. И ты должен преодолеть старую эгоцентрическую систему представлений, согласно которой мужчина — центр, а вся Вселенная, в том числе и женщина, вращается вокруг него. Нет, все обстоит иначе, и если ты поймешь, что Птолемей со своими взглядами давно устарел, а Коперник был прав, то будет подлинно счастлива избранная тобой женщина и не в пример другим самовлюбленным, а потому ограниченным мужчинам, счастлив будешь и ты.

ДО СВИДАНИЯ, НО НЕ ПРОЩАЙ!

Однажды мальчики и девочки 9 «Б» класса, о которых поведала ленинградская газета «Смена», решили узнать о себе все до конца: кто они такие, чего хотят от жизни, к чему готовятся, что любят и что ненавидят, кого считают своими друзьями? Сказано-сделано: двадцать пять человек с предельной честностью ответили на тридцать вопросов анкеты, анкеты аномимной, чтобы опасение огласки не подействовало на откровенность высказываний.

Учительница прочитала эти двадцать пять исповедей и пришла в ужас. Почему? Ведь ничего особенного, из ряда вон выходящего в этих ответах не было. Напротив, она увидела живых, достаточно образованных юношей и девушек, грамотных, эрудированных, интересующихся проблемами литературы и искусства, науки и техники… Что же взволновало и удручило учительницу?

Дух безмятежного покоя, полное отсутствие стремления превратить свои желания в реальность, отсутствие доминирующего любимого дела, инфантильное безволие… Лишь трое из всего класса знали, кем они хотят стать и к чему стремятся. Лишь двое из всего класса уже начали исподволь готовить себя к будущей взрослой, нелегкой жизни.

Каждый из подростков хотел бы попасть на престижный спектакль знаменитого театра, но никто из них не был готов ради этого постоять в очереди: он мог бы пойти лишь по «готовому» билету. Каждый из них готов был бы принять участие в веселом «капустнике», но организовать и поднять на «мероприятие» должен учитель… И так во всем, в большом и малом: готовность потреблять, готовность двигаться за кем-то, но полная неготовность к самостоятельным волевым действиям. Короче говоря, стремление жить на всем готовом. И речь-то ведь идет о шестнадцатилетних! Можно сказать, что девиз их: «главное — спокойствие».

Это очень сложный, многоаспектный вопрос, каким образом дошли они до жизни такой. Но девиз их — самоубийственен. Следование ему неизбежно, автоматически ведет к пассивности души и вялости тела. Когда замечательного хирурга, изобретателя качественно новых аппаратов для излечивания травматизма доктора Г. А. Илизарова, о котором я уже говорил, спросили: «Вы так много работаете для других, а когда же вы живете для себя?», — он страшно удивился. «А что же человеку делать? Спать? Пить? Стать лабораторией по перевариванию пищи? Смысл жизни в том и состоит, чтобы трудиться на радость людям. Живу так, а не иначе, не потому, что должен, а потому, что хочу!»

Но вернемся к нашим инфантам. Во многих семьях сейчас ребенка ограждают от любой трудности сонмы бабушек, дедушек, прабабушек, прадедушек, дядей и тетей, не говоря уже о родителях. Все они как будто бы пекутся О нем. А на самом деле? Размагничивают все его душевные устремления.

И не придем ли мы к той уродливой и парадоксальной ситуации, когда спустя не столь уж длительное время появятся у нас не только инфантильные молодые супруги, но и лишенные внутренней самостоятельности, всецело полагающиеся на опеку других, инфантильные… бабушки и дедушки?!..

Разумеется, не будем снимать вину с тех любвеобильных опекунов, которые с детства, с молоду калечат юные души своих отпрысков, лишая их возможности постоянной тренировки характера и воли. Но все же, оправдывает ли это до конца нарождающихся то тут, то там юных барчуков, явившихся в сей мир лишь для того, чтобы потреблять в нем бесчисленные блага? Замечательный русский общественный деятель, философ, автор бессмертного «Что делать?» Н. Г. Чернышевский в свое время, анализируя тип подобного безвольного молодого человека, высказался определенно. Он не сваливал все на обстановку. Он говорил и о слабостях самого «нашего Ромео», в которых повинны «два обстоятельства, из которых, впрочем, одно проистекает из другого, так что все сводится к одному. Он не привык понимать ничего великого и живого, потому что слишком мелка и бездушна была его жизнь, мелки и бездушны были все его отношения и дела, к которым он привык. Это первое. Второе: он робеет, он бессильно отступает от всего, на что нужна широкая решимость и благородный риск, опять-таки потому, что жизнь приучила его только к бледной мелочности во всем…».