Отношения вне зависимости

Найти необходимое здание было непросто. Подсказывать дорогу никто не желал. Хуже того, встречные люди, на которых был надет такой же, как у него, ошейник, вели себя на улице словно немые тени своих хозяев, лишний раз даже глаза не поднимая. Замеченные же свободные граждане смотрели на него с интересом. Те, что были одеты победнее и не имели за своими плечами сопровождающих их рабов, ограничивались только любопытными взглядами. Чем богаче становилась одежда встреченных Яросом людей, а количество сопровождающих господ рабов - больше, тем более навязчивым становился интерес. Его подзывали, расспрашивали, пытались потрогать и пощупать. Кто-то приглашал к себе. Причем не только женщины, но и мужчины. Ярос не сразу, но понял, почему вызывает к себе такое пристальное внимание. Для невольника он был одет слишком хорошо, что сразу говорило о высоком статусе его хозяйки, к тому же и сам он выглядел для раба прекрасно - высокий, накаченный, правильные черты лица, да и держался, пожалуй, излишне вольготно, не пряча глаза и демонстрируя гордую осанку. Помимо прочего, при ближайшем рассмотрении, по ошейнику все признавали его собственностью дома Лав.

Пожалуй, главное, что вынес Ярос из своей небольшой прогулки, что одному ему все же не стоит выходить из хозяйского особняка. Слишком нездоровое внимание он к себе привлекал. Представители органов правопорядка на улице на него подозрительно косились, но не подходили. Возможно, потому, что Ярос вел себя спокойно. Не мельтешил и никуда не бежал.

С величайшим трудом мужчина все-таки нашел необходимое здание, но чего ему это стоило, не передать. За время пути Ярос такого насмотрелся и ощутил, что на всю оставшуюся жить хватит. Особенно запомнилась разодетая немолодая женщина, в свите которой он насчитал почти три десятка невольников. Все мужского пола. Троих совсем молодых людей из своего сопровождения она вела на натуральных собачьих поводках. Рабы же, одетые только в нижнее белье и без обуви, шли на четвереньках, словно собаки. На эту женщину прохожие оборачивались, косились осуждающе, чуть ли не сворачивая шеи, но никто не кричал, что это неправильно и непозволительно. Ужасная планета.

И в тот день Яроса ждало великое разочарование. Его ни под каким предлогом не пустили на почту одного. Когда начала собираться толпа, чтобы поглазеть за его попытками войти, мужчина ретировался, направившись прямиком к дому Лав. Теперь он, как и остальные его собратья по несчастью, тоже прятал глаза и старался слиться с окружающей обстановкой.

ГЕРМАС

Гермас злился, что излишне доверился Яру и из-за этого так опозорился перед госпожой. Но ничего. Больше подобных ошибок он не допустит. Если Яр не ценит хорошего отношения, то отныне будет даже не на вторых, а на третьих ролях. Уж Гермас проследит. А пока пусть в навозе ящеров покопается.

<strong>ГЛАВА 3 </strong>

ЯРОС

Жаркое засушливое лето закончилось, но осень не спешила радовать жителей города прохладой. Возможно, зимой, когда начнется сезон дождей, дышать станет немного легче. Но местные не жаловались, уже давно привыкнув к жаркому климату своей маленькой планеты, большую часть которой занимали пустыни с настолько горячей землей и воздухом, что мало что живое способно было там долго находиться, не говоря о том, чтобы жить.

Ярос до сих пор не мог поверить, что оказался рабом. Пошел уже третий месяц, как он очутился в доме Лав, а его, после случая с побегом, все не выпускали на улицу и не звали в сопровождение Наяны. Мужчина стал опасаться, что его вообще теперь никуда не выпустят, и он до конца своих дней так и останется чернорабочим, не видя ничего кроме особняка и небольшого клочка земли. Яроса это никак не устраивало. Сколько еще ему надо просидеть в доме, чтобы наконец вновь войти в доверие? Ведь ему надо хоть иногда бывать в городе, пробовать искать новые возможности, иначе он действительно навсегда останется рабом.

В какой-то момент Ярос не выдержал и подошел к Гермасу, которого выловил в одной из комнат. Сейчас мужчина готов был сделать и пообещать все что угодно. И Ярос стал сначала просить, а когда это не помогло, требовать и угрожать, чтобы его вновь вернули в ряды охраны госпожи. Гермас строил из себя высокомерного урода и ни в какую не соглашался. В какой-то момент Ярос понял, что не выдержит и все-таки врежет по надменной морде пса Наяны. И его не остановит ни ошейник, благо, драки между невольниками в запреты ошейника не входили, ни то, что в последствии сам Ярос получит по полной от Гермаса. Ну, просто надоело мужчине уже все до невозможности, и никакие будущие наказания его не пугали.

Стоило Яросу только замахнуться, как тело прошила нереальная боль. Его ноги подкосились. Он упал на колени, согнувшись пополам. Рядом с ним зашуршал подол чьего-то пышного платья.

- Гермас, оставь нас ненадолго, - прозвучал холодный голос Наяны Лав.

- Как прикажете, госпожа, только, пожалуйста, будьте аккуратнее. Этот Яр довольно груб и непредсказуем, - в голосе Гермаса послышалась неприязнь.

- Я знаю, спасибо.

НАЯНА