Падение Римской империи

В течение ближайших двух лет в Константинополе то и дело происходили изменения режима, но никто из политиков Восточной Римской империи не был готов к диалогу с Аларихом; тот, кто предложил бы готам условия, на которые те согласились бы, совершил бы политическое самоубийство. В 400 г. в Константинополе произошел политический переворот, направленный против Гайны — римского полководца готского происхождения, одного из нескольких претендентов на власть после падения Евтропия. Гайна и другие подобные ему военачальники, потомки чужеземцев, добились выдающегося положения вследствие реорганизации армии в позднеримский период. Если в ранней империи в легионы набирали лишь римских граждан, то в поздней империи в полевых армиях ( comitatenses), имевших большое политическое значение, мог служить кто угодно. Ничто не препятствовало комитату, способному человеку неримского происхождения, подняться по должностной лестнице и стать влиятельной фигурой. В результате с начала до середины IV в. и далее в сообщениях о придворных политиках фигурирует ряд военачальников — варваров по происхождению. Подчас подобные личности стремились облечься в пурпур (или же окружающие подозревали их в этом). Примером может послужить Сильван с его франкским происхождением: один из цитировавшихся нами авторов, Аммиан Марцеллин, участвовал в предприятии по его устранению (т. е. в убийстве). Однако гораздо чаще случалось так, что «варварские» военачальники соперничали с политиками из числа штатских, дабы распространять свое влияние, так сказать, из-за трона. Но что бы ни утверждалось во враждебных источниках, нет никаких свидетельств тому, что эти генералы когда-либо проявляли хоть малейшую враждебность в адрес империи. Многие из тех, на кого повесили ярлык «варваров», были иммигранты во втором поколении, получившие классическое образование. Другими словами, они были римлянами в не меньшей степени, чем все прочие.

Гайну, занимавшего осенью 399 г. господствующее положение в Константинополе, сместили в начале следующего года его же ближайшие сподвижники. По-видимому, он был готским иммигрантом в первом поколении, что делало его удобной мишенью для антиварварской пропаганды — в особенности в то время, когда готы Алариха бесчинствовали на Балканах. Однако нет никаких свидетельств тому, что он хоть в какой-то степени намеревался иметь с ними дело. Во время кровавого переворота, положившего конец его власти, Гайне удалось уйти из Константинополя живым, но множество готов, обитавших в городе и служивших в вооруженных силах Восточной Римской империи, перебили вместе с женами и детьми; число жертв достигло нескольких тысяч человек. Впоследствии готы Алариха более не сталкивались с прямой военной угрозой со стороны восточноримской армии, однако теперь они оказались исключены из политической орбиты Константинополя и вскоре утратили надежду на заключение нового договора. Стремясь вырваться из тупика, осенью 401 г. Аларих повел своих сподвижников в Италию и в течение следующих двенадцати месяцев пытался добиться от Стилихона, чтобы тот заключил с ним соглашение. Аларих вновь попытался запугать римлян, но Стилихон оказался не более уступчив, нежели преемники Евтропия на Востоке. Будучи отрезаны от надежных источников продовольствия, доступных им на Балканах, готы не могли длить свою италийскую авантюру до бесконечности ^{220}. Осенью 402 — зимой 403 гг., после двух сражений, закончившихся «вничью», они отступили через Динарское нагорье на свои прежние квартиры в Дакии и Македонии.