Пакт Молотова–Риббентропа – детонатор мировой войны или шаг к Победе 1945 г.?

СССР окружали враждебные Финляндия, Польша и Румыния, выдвигавшие к нему территориальные претензии. Но еще хуже дела обстояли на Дальнем Востоке.

Осенью 1931 г. Япония полностью оккупировала Маньчжурию и создала там марионеточное государство Маньчжоу-Го. СССР не рискнул оказать должную помощь китайцам в обороне Маньчжурии.

Японцы силой захватили советскую железную дорогу КВЖД. Советскому правительству 23 марта 1935 г. пришлось подписать договор о продаже КВЖД по бросовой цене – в пять раз ниже ее реальной стоимости.

Вот характерный пример перестраховки. В 1936–1937 гг. японцы попытались занять ряд островов на реке Амур, принадлежащих России. С одной стороны, это была проба сил, а с другой – контроль над островами давал возможность прекратить советское судоходство на Амуре.

30 июня 1937 г. в 16 ч. 40 мин. бронекатера Амурской военной флотилии № 72 и № 74 и канонерская лодка погранохраны № 308 (бывшая канлодка ГВИУ № 7) неожиданно были обстреляны артиллерийским и пулеметным огнем с маньчжурской территории со стороны деревни Ганьчаза. Обстрел бронекатеров продолжался 10 минут. Бронекатер № 72 был подбит артиллерийским огнем, канлодка № 308 изрешечена пулями.

На бронекатере № 72 был убит командир капитан-лейтенант Александр Беляев и три члена экипажа. Бронекатер потерял ход и был течением прибит к острову № 514, где и затонул. Остальные 12 человек экипажа направились вплавь к нашему берегу, при этом один человек утонул. Из 11 уцелевших членов экипажа было 6 раненых.

Бронекатер № 74 и канлодка № 308 вместо того, чтобы помочь бронекатеру № 72, быстро вышли из-под обстрела, как было сказано в донесении: «По приказу комдива Глухова». Любопытно, что дело происходило в радиусе действия 152-мм батареи, находившейся на берегу, но батарея молчала.

В тот же день вечером командующий Отдельной Краснознаменной Дальневосточной армией Маршал Советского Союза Блюхер приказал:

1. Зейскому отряду бронекатеров Амурской Краснознаменной военной флотилии идти за катером № 72 и привести его к нашему берегу Амура.

2. В случае повторения японо-маньчжурами обстрела наших бронекатеров 152-мм батарее заставить замолчать батарею противника.

Несмотря на сей грозный приказ, 6 июля 1937 г. к затонувшему бронекатеру № 72 подплыло семь лодок с японцами, и по ним наша артиллерия не стреляла. Позже японцы подняли бронекатер, но в состав Маньчжурской военной флотилии его не вводили. Возможно, он был использован как речной полицейский катер. Любопытно, что С.С. Бережной придумал этому катеру целую легенду, что он «был поднят, восстановлен и вновь введен в строй. Участвовал в Маньчжурской наступательной операции 9.08–2.09.1945 г. 12.01.1949 г. отнесен к подклассу речных БКА. 2.04.1951 г. разоружен и исключен из списков судов ВМС в связи с передачей в ОФИ для демонтажа и разделки на металл»[93].

У берегов Камчатки японцы творили полнейший беспредел. Японские рыбаки постоянно ловили рыбу в территориальных водах СССР. Мало того, они нелегально строили на берегах Камчатки свои заводы по переработке рыбы. (Это на чужой территории!)

12 мая 1931 г. советский пароход «Свирьстрой» при выходе из Усть-Камчатска в Петропавловск в Камчатском заливе в 4–5 милях от нашего берега был остановлен японским катером, выбросившим сигнал опасности проходу, который предложил «Свирьстрою» следовать за ним, сообщив при этом, что на катере есть лоцман. Следуя за катером, «Свирьстрой» прошел вдоль установленных японцами неводов, перегораживавшими течение реки Камчатки. С парохода заметили, что около невода стоят семь японских судов-хищников в разных пунктах. Катер после выхода из сетей «Свирьстроя» вернулся к своей базе.

2 мая 1932 г. в Авачинскую бухту зашел эсминец «Юркозе № 3» и остановился в трех милях от Петропавловска. Причем, его командир нагло заявил, что простоит там до 20 мая, то есть еще 18 дней, в ожидании японского танкера.

В мае – июне 1938 г. милитаристские круги Японии развернули широкую пропагандистскую кампанию вокруг так называемых спорных территорий на границе между Маньчжурией и советским Приморьем. В середине июля 1938 г. посол Японии в Москве Сигэмицу предъявил советскому правительству категорическое требование о передаче Японии спорных территорий в Приморье под предлогом необходимости выполнения обязательств Японии в отношении Маньчжоу-Го. В то же время военный министр Итагаки добивался санкции императора на организацию наступательной операции в районе озера Хасан с целью поддержать шаги японской дипломатии в Москве. При этом доказывалось, что этот район наиболее «слабо подготовлен Советами к обороне». 22 июля 1938 г. план нападения на советскую территорию в районе озера Хасан обсуждался на совещании пяти министров японского правительства и был одобрен.

Пока шли переговоры в Москве, у границ советского Приморья были сосредоточены две пехотные дивизии (19-я и 20-я), пехотная бригада, три пулеметных батальона, кавалерийская бригада, отдельные танковые части и 70 самолетов.