Пакт Путина-Медведева. Прочный мир или временный союз

В общем, достигнутые соглашения можно считать, в полной мере, победой США, которые, как не без гордости заявила X. Клинтон, обладают бесспорным кратным мировым преимуществом в сфере обычных вооружений (как известно, военные расходы США составляют 55 % всемирных военных расходов). В общем, договор действительно закрепляет этот статус. США в значительной степени озабочены сегодня созданием и развитием систем высокоточного неядерного оружия, поэтому СНВ-2 представляет для них серьезную помощь в создании особого фона: у Кремля, как предполагают в США, не будет финансовой возможности продолжить военную реформу и гарантировать создание систем противодействия американскому высокоточному оружию.

То есть для США СЯС РФ являются «вчерашним днем», зато опасность распространения ядерного потенциала небольшими порциями по всему миру представляет собой очевидную угрозу для Вашингтона. Поэтому США и озаботились систематизацией ядерных потенциалов стран и созданием системы контроля и нераспространения.

Особый пункт договора предусматривает выход из него любой из сторон, если она решит, что «связанные с его содержанием исключительные обязательства поставили под угрозу ее высшие интересы». Договор расторгается путем простого уведомления, которое вступает в силу после 3-месячного периода.

За рамками переговоров остаются проблемы ограничения обычных вооружений (ДОВСЕ), а также проблемы распространения биологического оружия, которые США не собираются обсуждать в ближайшее время.

Еще одним вопросом, которым плотно занимался Президент в этот период, был вопрос о скорейшей «ликвидации» госкорпораций. Впрочем, эта его инициатива находится в полном соответствии с планами самого Путина, по данным источников, убедившегося в их «ограниченной эффективности».

Интригу ситуации придавало то, что Путин по-прежнему неопределенно молчал относительно реальной судьбы госкорпораций, воздерживаясь комментировать курсирующие слухи об их скорейшей ликвидации.

Эволюция взглядов на это Медведева была такова: в марте 2009 года Совет по кодификации гражданского законодательства Президента РФ выступил с идеей их приватизации; в августе Медведев поручил проверить госкорпорации, а осенью назвал эту форму бесперспективной.

В предложениях, как известно, есть график реформирования госкорпораций, в зависимости от их типа.

Первыми — уже в IV квартале — должны быть акционированы «Роснано» и госкомпания «Автодор» (впрочем, она госкорпорацией не является). Фонд реформирования ЖКХ просуществует до 2013 г. (на кого, после ликвидации фонда ЖКХ, будут возложены его функции — обсуждается), «Олимпстрой» — до 2015 г.

Агентство по страхованию вкладов должно превратиться в новый тип юридического лица — публичного права (срок пока не определен, а МЭР еще предстоит написать проект об этом новом виде юрлица, которое совмещает публично-правовые функции с участием в гражданском обороте).

С ВЭБом, Росатомом и «Ростехнологиями» — наибольшие сложности: в них сосредоточены основные активы госкорпораций.

Судьбу «Росатома» Минэкономразвития вообще предлагает решить только после 2011 года.

«Ростехнологии», скорее всего, останутся госкорпорацией до 2014 года — к этому моменту они должны завершить формирование субхолдингов, продать непрофильные активы и превратиться в АО.

Решение же о передаче коммерческих функций вместе с активами «дочкам» Внешэкономбанка Минэкономразвития предлагает принять до 2012 года, сам же Внешэкономбанк превратить либо в коммерческую компанию, либо в юрлицо публичного права с учетом его функций как банка развития и антикризисного инструмента.

За Внешэкономбанком (после выделения кредитования), можно сохранить специфические функции по обслуживанию госдолга и обязательств госорганизаций. Однако сам банк не демонстрирует готовности к акционированию, Правительство предпочитает подождать — вдруг понадобится использовать банк, как антикризисный инструмент. Помимо этого, чтобы соответствовать требованиям ЦБ, Внешэкономбанку потребовался бы 1 трлн. руб. собственных средств.

В аппарате Правительства эти идеи встретили холодно. Хотя Минэкономразвития на всякий случай и подготовило проект поправок в Закон «О некоммерческих организациях». В нем предполагалось, что госкорпорации сможет проверять Счетная палата, отчетность компаний будет публичной, а на их сотрудников будут распространяться те же ограничения, что и на госслужащих, а преждевременное их акционирование сделает бессмысленными уже произведенные траты.