Пакт Путина-Медведева. Прочный мир или временный союз

Возвращаясь к ситуации с женой Президента, отметим, что интрига «первой леди» против премьера едва ли вероятна: Светлана Медведева явно в курсе договоренностей между мужем и Путиным и вступать в опасное противостояние с остальной «питерской командой» не намерена.

Так что, снимая видимую причину для противоречий с подконтрольным премьеру парламентом, Медведев явно не желал привлекать внимание к тому факту, что депутаты проигнорировали его прямой приказ и все-таки приняли свои поправки в «антикоррупционный пакет».

А между тем борьба с коррупцией в 2008–2009 годах стала одним из главных пунктов президентской повестки дня Медведева.

Напомним, что еще в мае 2008 года Президент подписал указ «О мерах противодействия коррупции», а 31 июля был принят Национальный план по противодействию коррупции.

В Администрации над текстом работали Контрольное управление Президента Константина Чуйченко и, в меньшей степени, Управление внутренней политики Олега Говоруна, которого представляли, как «человека Суркова».

Двойственна позиция руководства «Единой России» в ходе голосования за принятие поправок в пакет объяснялась противоречивым влиянием на депутатов Кремля и Правительства. Именно аппарат Белого дома был максимально заинтересован в смягчении норм законов в этой сфере. В результате, первоначальный текст (про доносительство и расширение круга контролируемых родственников) был существенно подправлен.

Напомним, несмотря на то, что поправки были приняты депутатами и «проштампованы» Советом Федерации без изменений, Президент подписал пакет еще 25 декабря 2008 года с учетом этих 30 поправок.

В аппарате Гос. Думы и в Совете Федерации, а также — в аппаратах Президента и Правительства такая неконфликтность была однозначно расценена, как слабость Медведева и безусловное влияние на него не только Путина, но и представителей собственного Аппарата (читай — Сергея Нарышкина).

Впрочем, вполне возможно, что «отложенность» правоприменения некоторых положений из этого пакета также — результат договоренности Президента и премьера, которые коллегиально приняли решении не вступать с чиновниками в ходе кризиса в острое противостояние: чтобы избежать ситуации осени 2003 — весны 2004 года.

Источники в спецслужбах считали, что, по отдельному поручению Президента, за исполнением закона проследят силовые структуры, главным образом ФСБ. Якобы об этом Президент сообщил на встрече с Александром Бортниковым. Тот не случайно оказался первым, кто узнал данную новость: Президент потребовал от спецслужбы подробно изучить новые законы для эффективного применения на практике. Теперь ФСБ должна была «организовать работу по применению этого законодательства».

Естественно, что основной причиной смягчения законопроектов, то есть объяснения такой мягкой позиции Президента, стал финансово-экономический кризис. Якобы власти вынуждены были мобилизовать все силы и ресурсы для управления ситуацией и дополнительная напряженность в элитах при решении политических задач долгосрочного характера могла оказаться опасной и, как говорили, было принято решение несколько «притормозить» борьбу с коррупцией до стабилизации ситуации на мировых рынках.

Однако такое «притормаживание» сразу же приняло неуправляемый и слишком политизированный характер, что и нанесло значительный репутационный ущерб Президенту. Причем, внутри элиты началось «брожение»: система правления тандема на фоне кризиса явно испытывалась на прочность.

Произошло столкновение двух повесток дня. Первая — путинская. Она связана с необходимостью повышения управляемости государства, консолидации элит вокруг преодоления кризиса, отказа от любых действий, способных усилить межклановую борьбу (а антикоррупционная политика всегда способствует ее обострению). Заметим, что Путин лично взял на себя практически всю ответственность за борьбу с кризисом (хотя и «прикрылся» Игорем Шуваловым, первым вице-премьером, возглавившим по его поручению соответствующую Комиссию). Иными словами, предполагается, что в интересах Путина и его окружения, отвечающего за политическую стабильность, был фактический отказ от масштабной борьбы с коррупцией в нынешних условиях (что не исключает продолжения «точечных» акций).

Повестка дня Медведева иная — наряду с антикризисной, в ней политическая составляющая сконцентрирована на антикоррупционной политике, судебной реформе, экономике развития и т. д. Эта составляющая для Президента лично не менее важна, чем борьба с коррупцией.

Поэтому понятно, что команда Медведева на первом этапе начала отыгрываться за счет низовых коррупционеров, которых привлекать к ответственности начали с удвоенными усилиями (так сказать, «тренироваться на кошках»).