Палимпсест. Умаление фенечки

Среди других выделялся незнакомец, у которого было странное прозвище: Домысливать. Именно как глагол. Человек был андрогинного типа, молодой. Даже не понять, мужчина или женщина. (Но мы будем употреблять «он», как принятую в русской лингвистике универсалию, хотя мы сами не разбирались в ситуации с этим существом – может, оно было порождением этих специальных обстоятельств, стихийной эволюционной реакцией на критический рост неопределённости, например как страховочный новый вид, на всякий случай.) Он разговаривал в основном незавершёнными фразами – намеренно или нет давая собеседнику домыслить завершение и общий смысл. Нередко его называли для краткости Дом, но чаще старались называть его полностью, отдавая дань уважения этому неизвестному и, возможно, более верховному творению.

Домысливать говорил, что служит проводником – по делу или для редких странных туристов, которые хотят пройти по трансформировавшимся местам. А многие местности от военных обстоятельств стали совсем другими. Например, животные стали ходить теперь везде не столько от голода, сколько от любопытства. А проехать даже в местности по соседству стало сложно настолько, что приходилось умножать петлями расстояние в несколько раз, менять транспорт, делать схроны еды и воды на обратный путь. Проводник служил также путникам моральной поддержкой.

В подвале всегда с удовольствием его ждали и принимали, старались отдарить любой мелочью его щедрые гостинцы. Дом всегда приносил разные диковины, как будто доставал их из рукава. Игрушки, конфеты, открытки, лимонад…

– Там вчера… – начинал рассказ Дом и замолкал.