Читаем Парадоксы гениев полностью

Момент ЛЮБВИ старика к старухе, момент доверия: она все поймет и разделит радость от чуда золотой рыбки и от благородного поступка старика.

Воротился старик ко старухе,Рассказал ей великое чудо.«Я сегодня поймал было рыбку,Золотую рыбку, не простую;По-нашему говорила рыбка,Домой в море синее просилась,Дорогою ценою откупалась:Откупалась чем только пожелаю.Не посмел я взять с нее выкуп;Так пустил ее в синее море».

И далее колоссальный контраст с теми ласковыми словами, которые говорил старик рыбке:

Старика старуха забранила:″Дурачина ты, простофиля!Не умел ты взять выкупа с рыбки!

И далее — очень важные слова, которые показывают, как постепенно разгорается алчность старухи. В первом требовании: «хоть бы». То есть, минимум. Только корыто. Хоть бы корыто… И звучит требование, скорее как пожелание. И речь похожа на мирную, хозяйственную. ХоТЬ бы взял ТЫ… корыТО… Наше-ТО совсем раскололось.

Хоть бы взял ты с нее корыто,Наше-то совсем раскололось″.Вот пошел он к синему морю;Видит — море слегка разыгралось.

Начинаются изменения состояния синего моря, пока всего лишь СЛЕГКА разыгралось.


Поскольку море сЛегка разыграЛось и требования старухи не очень высоки, то и речь старика звучит Легко. Он ведь не желает «дорогого откупа».

СтаЛ он кЛикать зоЛотую рыбку,ПрипЛыЛа к нему рыбка и спросиЛа:«Чего тебе надобно, старче?»Ей с поклоном старик отвечает:″Смилуйся, государыня рыбка,Разбранила меня моя старуха.

Потрясающая деталь.


«МОЯ» старуха. Еще с любовью…


И с ответственностью. Как бы извиняясь за нее и за себя. Мол, раньше отпустил тебя, рыбку, без откупа, а теперь вот «не дает покою». Вынужден просить.

Не дает старику мне покою:Надобно ей новое корыто;Наше-то совсем раскололось″.Отвечает золотая рыбка:«Не печалься, ступай себе с богом,Будет вам новое корыто».

Замечательно это: будет ВАМ корыто. То есть обоим, в общее хозяйство. Ведь старик называет корыто «нашим».

И дальше интересный текст.


Три раза подряд «старуха». И три раза «дурачина».


Старуха меняется на глазах.

Воротился старик ко старухе,У старухи новое корыто.Еще пуще старуха бранится:«Дурачина ты, простофиля!Выпросил, дурачина, корыто!В корыте много ль корысти?Воротись, дурачина, ты к рыбке;Поклонись ей, выпроси уж избу».

Новое состояние моря:

Вот пошел он к синему морю,(Помутилося синее море.)Стал он кликать золотую рыбку,Приплыла к нему рыбка, спросила:«Чего тебе надобно, старче?»Ей старик с поклоном отвечает:″Смилуйся, государыня рыбка!Еще пуще старуха бранится,

Первый раз без «МОЯ», просто «старуха».

Не дает старику мне покою:Избу просит сварливая баба″.

Еще бы не сварливая: три раза подряд «дурачина».

Отвечает золотая рыбка:«Не печалься, ступай себе с богом,Так и быть: изба вам уж будет».

Рыбка еще воспринимает их как одно целое: «изба ВАМ уж будет».

Пошел он ко своей землянке…

А вот это уже знаменательно! Вместо «воротился ко старухе» — «пошел к своей землянке».

…А землянки нет уж и следа…

Далее — удивительное краткое, но точное описание прекрасной избы «со светелкой, с кирпичною, беленою трубою» — не по-черному топить, не курная изба, а чистая и добротная. Ворота дубовые, дорогие, роскошные:

Перейти на страницу:

Все книги серии Тайны гениев

Парадоксы гениев
Парадоксы гениев

Михаил Казиник — искусствовед, музыкант, писатель, поэт, философ, режиссер, актер, драматург, просветитель и один из самых эрудированных людей нашего времени. Встреча с ним, без преувеличений, буквально переворачивает весь мир — и внутренний, и внешний.«Следовать за мыслями великого человека есть наука самая занимательная», — писал Александр Пушкин. О каких же великих людях идет речь в новой книге автора «Парадоксы гениев»? О Пушкине, Гоголе, Чайковском, Бахе, Бетховене, Брамсе, Андерсене, Хлебникове, Гёте, Батюшкове, Вяземском… Михаил Казиник легко и в то же время глубоко рассказывает о поэзии и правде, о рифме и идее, реальности и выдумке, разворачивает скрытые пласты смыслов известных произведений, следует за высказываниями великих людей и разбирается в том, что же делает человека подлинно великим.В книге размещены qr-коды, позволяющие прослушать те произведения, которые упоминаются автором.

Михаил Семенович Казиник

Искусствоведение / История / Образование и наука

Похожие книги

12 Жизнеописаний
12 Жизнеописаний

Жизнеописания наиболее знаменитых живописцев ваятелей и зодчих. Редакция и вступительная статья А. Дживелегова, А. Эфроса Книга, с которой начинаются изучение истории искусства и художественная критика, написана итальянским живописцем и архитектором XVI века Джорджо Вазари (1511-1574). По содержанию и по форме она давно стала классической. В настоящее издание вошли 12 биографий, посвященные корифеям итальянского искусства. Джотто, Боттичелли, Леонардо да Винчи, Рафаэль, Тициан, Микеланджело – вот некоторые из художников, чье творчество привлекло внимание писателя. Первое издание на русском языке (М; Л.: Academia) вышло в 1933 году. Для специалистов и всех, кто интересуется историей искусства.  

Джорджо Вазари

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / Искусствоведение / Культурология / Европейская старинная литература / Образование и наука / Документальное / Древние книги
Искусство жизни
Искусство жизни

«Искусство есть искусство жить» – формула, которой Андрей Белый, enfant terrible, определил в свое время сущность искусства, – является по сути квинтэссенцией определенной поэтики поведения. История «искусства жить» в России берет начало в истязаниях смехом во времена Ивана Грозного, но теоретическое обоснование оно получило позже, в эпоху романтизма, а затем символизма. Эта книга посвящена жанрам, в которых текст и тело сливаются в единое целое: смеховым сообществам, формировавшим с помощью групповых инсценировок и приватных текстов своего рода параллельную, альтернативную действительность, противопоставляемую официальной; царствам лжи, возникавшим ex nihilo лишь за счет силы слова; литературным мистификациям, при которых между автором и текстом возникает еще один, псевдоавторский пласт; романам с ключом, в которых действительное и фикциональное переплетаются друг с другом, обретая или изобретая при этом собственную жизнь и действительность. Вслед за московской школой культурной семиотики и американской poetics of culture автор книги создает свою теорию жизнетворчества.

Шамма Шахадат

Искусствоведение