Парни & секс. Молодые люди о любви, беспорядочных связях и современной мужественности

Во время нашей беседы, говоря о своем прошлом, парень иногда называл себя «молодым Самиром» или «первокурсником Самиром». И я его прекрасно понимаю. Он сильно изменился — стал вдумчивым, сострадающим, чутким к переживаниям и комфорту других людей. Его поведение даже слишком идеально — такого просто не бывает, словно он мифический единорог или что-то в этом роде. С другой стороны, в «молодом Самире» не было ничего, что намекало бы на то, что такое преображение возможно. Он был самым обычным парнем, с самыми обычными для парней представлениями и вел себя так, как и все самые обычные парни. Он не был исключением, и, если он смог так сильно измениться, может, другие тоже сумеют. «Когда понимаешь, что совершил ужасный проступок, ты боишься осуждения и отвержения со стороны друзей — что не удивительно. Вот почему я всеми руками за восстановительное правосудие: я верю, что люди, особенно мужчины, способны на доброту, сострадание, достойное поведение и, если им скажут, что они поступили неправильно, они примут на себя ответственность».

Анвен и Самир окончили колледж. Он вернулся в Калифорнию, стал барменом. Она поселилась в домике с настоящей дровяной печкой на Тихоокеанском северо-западе. Они все еще общаются раз в месяц и не собираются прерывать контакт. Хотя восстановительное правосудие не ставит перед собой такую цель, между ними зародилась совершенно неожиданная близость. «Это круто, — сказала Анвен, — нам понадобился не один год, чтобы прийти к этому. Но я знаю о худшем поступке в его жизни, а он знает, что причинило мне самую большую боль. Так что я могу говорить с ним обо всех своих проблемах. Потому что уверена: он многое сделал, чтобы стать понимающим, заботливым, зрелым человеком».

Сегодня, когда Самир рассказывает людям свою историю, те стараются оправдать его, говорят, что его поступок «не такой уж страшный». Это его раздражает.

«Это же не соревнование, — возмутился он. — К тому же что вы имеете в виду — не такой уж страшный? Принудить человека к сексу против его воли, эмоционально манипулировать им — это не так уж и страшно? Поддерживать культуру, которая лишает людей возможности отказаться и быть собой или заставляет их жить в страхе — это

не так уж и страшно? Вы влияете на жизнь других людей. И вы считаете, что это не страшно

? Такую оценку я просто не готов принять.

Это даже странно, — добавил Самир. — Некоторые люди с такой готовностью защищают правонарушителя, оправдывают его действия и пытаются выставить его в таком свете, будто он неплохой парень. А другие говорят: “Вы издеваетесь? Да он самый настоящий выродок, никчемный мерзавец”. Одни крайности. Восстановительное правосудие и беседы с Анвен помогли мне взглянуть на ситуацию с другой точки зрения. Моя цель — видеть в себе человека, который совершил нечто ужасное, а не просто плохого человека. Это не так-то просто. Не знаю, получится ли у меня когда-нибудь. Главное — понять, что ты поступил плохо, и никогда больше не делать этого, и каждый день активно работать над тем, чтобы стать лучше. Стать достойным мужчиной».

Глава 9. Сделайте глубокий вдох — и поговорите с парнями