Переписать сценарий

«Начатая с весны 1903-го года тщательная проверка мобилизационной готовности японской армии закончена. Во всех дивизионных участках произведены были проверочные, а в некоторых учебные сборы, как „запасных“, так и чинов рекрутского резерва. В 4-й дивизии, расположенной в Осаке, были в августе вторичные, в этом году, учебные трехнедельные сборы для 952-х „запасных“; такие же вторичные сборы „запасных“ назначены были в текущем месяце, в 5-й (Хиросима), и 12-й (Кокура) дивизиях.

Летом, почти во всех дивизиях были пополнены неприкосновенные запасы, осмотрены оружие и приспособления для оборудования транспортов, хранящиеся в Куре, проведена опытная посадка на железную дорогу, и на суда. Проверенная во всех деталях мобилизация и проведенные смотры показали, что японская армия совершенно готова.

Красный Крест также подготовился на случай войны. В октябре был учебный и проверочный сбор 237-х врачей Красного Креста. В Такесики, на острове Цусима произведена проверка сестер милосердия…

Наиболее подготовлены для отправки в качестве экспедиционного отряда дивизии: 12-я (Кокура), 5-я (Хиросима) и 4-я (Осака), в особенности, первая из них. В Удзине возведены новые помещения для войск, в случае сосредоточения их, для посадки на суда.

Токийский арсенал с весны этого года усиленно работал, летом выделывалось в сутки по 450 винтовок. В Кокура прибыла значительная партия артиллерийских снарядов. На острове Цусима заготовлены значительные запасы угля и продовольствия».

Всем этим и другим военным приготовлениям, спешно организуемым на деньги «наших западных партнёров» противостояла отнюдь не инфантильная царская власть и личная доблесть очень немногочисленного служивого дворянства, а до сих пор не понятая и не измеренная энергия, о которой стоит писать с Красной строки и с заглавной буквы.

Глава 31Я пришёл бы к вам раньше, но меня задержала стойкость ваших солдат

И величайший военачальник во главе своих солдат, лишенных боевого духа, оказывается полной бездарностью.

Наполеон Бонапарт

Исключительная боеспособность русского солдата всегда была загадкой для Запада. Этот феномен был бы логичен, если бы он был накормлен, обут и одет, лучше, чем солдат западных стран во все времена. Но, как правило, всё было наоборот — был вооружен хуже, питался скромнее, а одевался проще, и при этом, — всё равно побеждал.

Неприхотливость воинов-славян подробно описывает ещё византиец, создавший в VI–VII-х столетиях своеобразный военный учебник под названием «Стратегикон»: «Они многочисленны, выносливы, легко переносят жар, холод, дождь, наготу, недостаток в пище».

Впечатление от стойкости и самоотверженности русских солдат порой было настолько велико, что иностранцы приписывали им совсем уж мистические свойства, вроде «… они не боятся никакой стихии, потому, что они сами и есть стихия» …

Конечно, приятно быть уверенным, и уверять других, что секрет потрясающего упорства русского солдата в бою кроется в неких мистических высотах подсознания, доступных только посвященным. Однако, истина, как всегда, гораздо приземлённее, хотя, и не менее интригующая: