Переписать сценарий

Дело в том, что собственное состояние японской экономики было очень далеко от безмятежного. Кроме огромных предвоенных долгов, Япония активно кредитовалась непосредственно во время военных действий с Россией. В апреле 1904-го года американский банкир Шифф, крупный банковский дом «Кун, Лёб и компания» (Kuhn, Loeb & Co) вместе с синдикатом британских банков, включая «Банковскую корпорацию Гонконга и Шанхая» (ныне — HSBC), предоставили Токио заем на сумму в пятьдесят миллионов американских долларов. Половину займа разместили в Англии, другую — в США.

В ноябре 1904-го года Япония поместила новый заем в Англии и США — на шестьдесят миллионов долларов. В марте 1905-го года последовал третий заем — уже на сто пятьдесят миллионов долларов. В июле 1905-го года Япония поместила четвертый заем — снова на 150 миллионов долларов.

Гэнтаро Кодама просто физически ощущал, как на японской шее затягивается удавка международных банковских корпораций, поэтому использовал любую возможность для ослабления этого давления, которое — и в этом он был уверен — ещё аукнется стране восходящего Солнца в совсем недалёком будущем.

Донесение козырного агента — Сержа Мавроди, взбудоражило мысли генерала. Агент сообщал, что под влиянием паники, возникшей в России от победоносного шествия японских войск, на совместном тайном совещании золотопромышленников и чиновников Забайкалья было принято решение об как казённых, так и частных золотых запасов с золотых приисков. Однако, в связи с низкой пропускной способностью Транссиба, острой нехватки имеющегося подвижного состава для перевозки войск и военного снаряжения, грузы с приисков застряли на складах Нерчинска, Читы и Верхнеудинска, без всякой надежды на отправление в западном направлении.

В настоящее время на складах скопилось…, — генерал Кодама резко встал из-за стола и нервно прошёлся по кабинету. Постоял у окна, вдыхая весенний воздух, вернулся к столу, внимательно перечитал и подчеркнул цифры, закрыл глаза, мысленно пытаясь представить такое количество драгоценного металла…

Изучив донесение, наверно в десятый раз, генерал, наконец, остановился … Перед глазами скакали золотые зайчики. Даже самые приблизительные подсчёты стоимости накопленных гайдзинами драгоценных металлов, позволяли Японии, в случае их захвата, полностью рассчитаться с набранными кредитами и больше никогда не иметь дела с этими грязными банкирами, которых виконт ненавидел никак не меньше нынешнего противника. Ради таких трофеев стоило изменить генеральный план кампании. Граф Кодама был уверен, что император его поддержит.

С этого момента военная разведка Японии была приведена в состояние наивысшего возбуждения. Офицеры японского генерального штаба, специализировавшиеся в качестве содержателей публичных домов, и курилен опиума в крупных населенных пунктах Дальнего Востока, получили подробные инструкции по «золотому делу». Обитатели «японских» улиц Владивостока, Никольска-Уссурийского и других городов, напичканных подобными заведениями, получили приказ вне очереди доставлять любые сведения о золоте. Агенты разведки, не покладая рук, нагло и повсеместно выкрадывали из полевых сумок, багажа, и карманов посетителей документы, буквально роя носом землю в поиске хоть каких-то подходов к драгоценностям Российской империи. Офицеры генштаба — резиденты под прикрытием — срочно устраивались парикмахерами, половыми и привратниками на станциях и в городах, где предположительно, размещались золотые склады, и усердно «грели свои уши», обслуживая случавшихся словоохотливых клиентов.

Японским разведчикам и агентам, осевшим вдоль линии Транссиба в Забайкалье и на Дальнем Востоке под видом торговцев, прачек, содержателей публичных домов, гостиниц, курилен опиума и т. д. отдельно ставилась задача широко и всесторонне изучать порученный район или участок, включая топографию, климатические условия местности, наличие и режим работы военных и стратегических производств, транспорта, особенности быта местных жителей.

Однако, самая большая удача улыбнулась не японским разведчикам, а британскому агенту Сиднею О’Рейли, известному у себя на родине, в Одессе под именем Соломона Розенблюма, которому за жалкие десять тысяч фунтов стерлингов, доверенное лицо купца Второва, некий Сергей Мавроди продал точное расположение «золотых» складов, с детальным описанием режима их охраны, и подробной описью всего их содержимого. Впрочем, Соломон — Сидней в накладе не остался, дважды перепродав купленную информацию — один раз послу Британии, а затем — руководителю Боевой группы при ЦК РСДРП (б) Леониду Борисовичу Красину…