Перестройка миров. Книга 2

– Обращал, – ответил Олег, делая очередной глоток обжигающего кофе. – Ходил несколько раз группой. Обсуждали, откуда свет в переходах. Хотя, если судить о переменах, что затронули наш мир, меня это не удивляет. А вам локаций не встречалось, в которых бы ничего не было видно?

– Есть одна такая. Недалеко от «Озерков». Там сейчас много людей ошивается. Все пробуют продвинуться в подземельях, – сказал мужчина, подставив стакан, который снова стал наполняться.

– А что за локация? И почему много людей ошивается? – спросил Олег с безразличием в голосе. Внутренне же он напрягся, понимая, что это может быть очередным шансом.

– Так первый уровень подземелья любой может пройти, – ответил бард. – Там мобы все нулевые. Да и второй тоже не вызывает никаких проблем. Возвратиться можешь только через смерть, но за каждую ступень тебе дают одну дополнительную жизнь…

– Тогда почему все не набивают себе бесконечное количество жизней? – задал вопрос Светлов, перебивая собеседника.

– Там ограничение стоит. Странно, что ты не знаешь. Я думал, что каждый уже там побывал. У тебя есть одна попытка в двенадцать часов. Потом можешь попытаться еще раз, но начнешь с того уровня, где ты остановился в прошлый раз. Мне кажется, что там бесконечное количество ступеней. И чем дальше заходишь, тем лучше призы. Станислав Викторович, ты ведь на четвертом уровне погиб? – задал бард вопрос ритору, который всё так же молча кивнул. – А я на третьем. Несколько жизней – мелочь. А вот предметы там дают хорошие.

– Что за предметы? – спросил Олег. – И что будет, если я попробую зайти через другой вход? Станций ведь у нас много!

– Не имеет никакого значения, где заходить будешь. А вот про предметы не расскажу. Я же не спрашиваю у тебя, что за силуэт обруча на твоей голове прорисовывается под платком. Сходи – узнаешь. Викторович, еще одну распечатаем или пойдем уже? – поинтересовался Сергей Михайлович у товарища, который тут же материализовал в руках очередную бутылку.

– А с локацией-то что? – вспомнил Светлов. – А то я на метро отвлекся.

– А, так рядом стоит. Она больше тысячного уровня. Когда входишь, написано, что нужно продержаться в ней две минуты. Про приз ничего не известно. Я сунулся, силы решил проверить. В первую секунду ничего не было видно. А во вторую я сразу же погиб. Мимолетно увидел, что я получил больше десяти типов различного урона. И каждый был с семизначным значением. Если есть много дополнительных жизней, то сам проверь. Её очень многие смотрят. Вдруг кому-то повезет? Викторович, наливай! – сказал мужчина уверенным голосом, который не вязался с количеством выпитого. – Присоединишься? Или еще кофе?

Олег недоумевал, почему эти два человека так легко и просто общаются с ним. За последние двое суток на него нападали, пытались ограбить и много раз говорили, что не чувствуют в нём лидера. Он в очередной раз заглянул в интерфейс, проверяя наличие у себя класса. Такого пункта не обнаружилось, так что теория его тезки рушилась на глазах.

Он снова заметил, что не распределил характеристики, хотя собирался сделать это еще в тот момент, когда находился в локации. «Найду безопасное место, сниму диадему и спокойно всё раскидаю. Плохо, что нет возможности записывать планы на будущее. Удобно было бы, если бы они всегда висели перед глазами!» – подумал Светлов, после чего проговорил:

– Нет, спасибо, добрые люди. Вы меня и так подогрели, обобрали. То есть подобрали, обогрели!

– Никогда не понимал, почему этот фильм так нравится людям! Персонажи все деревянные и инфантильные. И даже главного героя хорошим нельзя назвать. Станислав Викторович, давай выпьем за фильмы нашей молодости! – сказал бард, подставляя стакан.

«Так, тут мне больше ловить нечего. Пора выдвигаться. И теперь я знаю, куда отправлюсь. Метро ждёт!» – рассудил Олег.

– Ладно, пора мне. Спасибо за…

Воздух заискрился. Электрические разряды, заглушая слова Светлова, начали оглашать всю округу. Потоки ветра подняли мелкий снег вверх, загораживая обзор. В интерфейсе всплыло сообщение:

Поселение: Санкт-Петербург. Седьмой ранг. Уровень пришлых: минимальный. Коэффициент: 1/10. Распределение: рандомное. Количество: 213419. Агрессия: максимальная. Сокрытие: отсутствует. Первая волна. Прогресс: 0 / 213419. 10… 9… 8… 

– Что происходит? – завопил Сергей Михайлович, разрушая степенный образ умудренного жизнью человека. – Почему перед глазами буквы с цифрами? Я ничего не вижу!

Олег смотрел на барда и не понимал, чему он так удивляется. Потом вспомнил, что сам в первые минуты новой эпохи привыкал к надписям, которые маячат на периферии сознания. При этом счетчик жизней, появившийся во время инициализации у каждого жителя планеты, никого не смущал. А после Светлов сам целенаправленно вывел показатели всех своих характеристик в личный интерфейс, чтобы не быть привязанным к экранам гаджетов.