Весной 880 г. папские легаты оставили Константинополь, им были вручены императором и патриархом письма для папы, не дошедшие до нашего времени. Ответные письма папы помечены августом 880 г., но по ним трудно судить о том, как вообще отнесся папа к Константинопольскому Собору и имел ли он точные сведения о том, что происходило на Соборе. Правда, он высказывает царю благодарность за присылку военных судов, которые должны оставаться у берегов Италии для защиты церковных владений, за пожалование Римской Церкви монастыря Сергия в Константинополе и за обещание возвратить папе власть над Болгарией, но, переходя к Собору, он выражается весьма осторожно: если наши легаты преступили в чем данные им инструкции, мы не согласны утвердить таковые постановления. Сдержанная политика папы Иоанна как по отношению к делу патриарха Фотия, так и по отношению к кирилло-мефодиевскому вопросу, достигшему, как мы видели выше, в то же самое время своего крайнего напряжения, хорошо объясняется политическим положением Италии и опасностью от сарацин. Папа все еще не терял надежды на военную помощь со стороны Византии и на благоприятный поворот в спорном деле о Болгарии и потому, отправляя в Константинополь легата Марина, он рекомендовал ему употребить все средства для достижения этой цели. Но с Мариной в Константинополе обошлись очень круто: он лишен был свободы и содержался в заключении целый месяц. Таким образом, союз Церквей и тесная дружба, столь выразительно заявленная в речах латинских представителей на Соборе, продержались недолго. В 881 г. папа Иоанн с амвона церкви св. Петра, держа в руках Евангелие, снова произнес отлучение на патриарха Фотия. С этого времени имя патриарха Фотия более не встречается в переписке Иоанна VIII. /Оставаясь на Константинопольской кафедре до 886 г., Фотий не переставал наносить удар за ударом Римской Церкви как за догматические уклонения ее, так и за нововведения в обрядах. Так, он отказался признать преемника Иоанна, папу Марина (882), который, с своей стороны, отлучил его от Церкви; так, в своем сочинении о Св. Духе (13) и в переписке, напр, в письме к архиепископу Аквилеи, он открыто стал обвинять Западную Церковь в еретичестве и отступлении от православия. Хотя капитальное значение патриарха Фотия как всемирно-исторического деятеля состоит в его призвании защитить самостоятельность Восточной Церкви против притязаний папства, но нельзя не заметить, что эта цель никогда не поглощала всецело его широкого и отзывчивого на современные вопросы ума. В дальнейших главах мы встретимся еще с деятельностью Фотия на разнообразных поприщах./
Глава VIII
СЕМЕЙНЫЕ ОТНОШЕНИЯ В ДОМЕ ЦАРЯ ВАСИЛИЯ
ЛЕВ VI. НИЗЛОЖЕНИЕ ПАТРИАРХА ФОТИЯ