Первая из Гвардейских. 1-я танковая армия в бою

На маршруте к реке, не доходя до реки около километра, оказался хутор. Взвод автоматчиков, по моему приказу, оцепил и прочесал его, обнаружил в нём отдыхавшую смену охраны моста в количестве 7 человек, которые указали нам дорогу и место размещения моста, но сообщили, что мост взорван. Для подтверждения полученных сведений к мосту была отправлена пешая разведка – отделение автоматчиков во главе с командиром взвода, так как продвижение танков к реке было перекрыто водоканалом, протекающим параллельно реке. Сведения пленных подтвердились: проезжая часть моста была взорвана.

Результаты разведки и состояние моста немедленно были переданы по радио в штаб 44-й гв. тбр. Вскоре мы получили из бригады распоряжение: “Задание отменяется. Срочно возвратиться”. Возвратившись из разведки на свой сборный пункт, за себя в роте оставил командира взвода лейтенанта Кравченко, а сам на своём танке отправился к командиру бригады доложить о результатах разведки. Он с группой руководящих офицеров уже находился у южного берега Пилицы, проводил с ними инструктаж о порядке и последовательности форсирования реки вброд.

В это время, упредив меня, к командованию подъехали на машине два офицера. Позднее я узнал, что это были начальник инженерных войск 1-й гв. ТА полковник Харчевин и его помощник подполковник Каганович. Они прибыли в 44-ю гв. тбр для оказания инженерной помощи в организации переправы через реку. По окончании беседы полковника Гусаковского с прибывшими из армии офицерами я доложил ему о результатах разведки моста через Пилицу, а затем, как и положено, представился ему: “Командир танковой роты старший лейтенант Антонов”. Полковник Гусаковский тут же поставил мне задачу: срочно форсировать реку, разведать брод, закрепиться на северном берегу и обеспечить форсирование реки танковой бригадой. На участке форсирования реки лёд уже был взорван, время – полночь с 15 на 16 января 1945 г.

Моё прибытие к реке было своевременным и необходимым. Для принятия решения на форсирование реки необходимо было провести разведку брода: определить глубину реки, состояние её дна и северного берега, возможности выхода из реки на северный берег и другие данные. Сознавая срочность и ответственность задания, я решил не перепоручать выполнение его другим и немедленно приступил сам к его выполнению.

Танк с ходу преодолел реку и по инерции выскочил на северный берег на выброшенные танком глыбы льда, и по льду он постепенно сполз назад в реку. Таким образом, лёд оказался коварным препятствием, и к тому же отвесный и крутой берег способствовал сползанию. Глубина реки у берега была до 1 м. Уровень воды в реке на уровне кромки берега, это способствовало выбрасыванию танком на берег волны с глыбами льда. Несколько новых попыток выйти на берег также закончились сползанием танка в реку. При медленном подходе танка к берегу, не имея инерции, танк упирался в берег, начинал буксовать и глубже погружаться в прибрежный песок, создавая угрозу затопления танка. При подходе танка к берегу под острым углом при заходе прибрежной гусеницы на берег танк принимал большой боковой крен, создавалась угроза опрокидывания танка. Применяемые приёмы и упорство экипажа танка одолеть препятствие и вырваться на берег были хорошо видны офицерам, находящимся у комбрига, в том числе полковнику Харчевину и подполковнику Кагановичу.

Полковник Гусаковский, видя неодолимость танком берегового препятствия, что угрожало задержкой выхода танковой бригады на северный берег – а это создавало условия для закрепления противнику на северном берегу, – отменил подготовку форсирования реки вброд, и под его руководством с южного берега началось наведение понтонного моста через Пилицу.

Я пошёл танком у северного берега вверх, против течения к невзорванному льду, чтобы пройти от северного берега у кромки невзорванного льда, разведав брод и проложив полынью к южному берегу, и с согласия полковника Гусаковского начать форсирование реки вброд танковой бригадой. Я постоянно находился на танке и командовал экипажем через люк в башне.

Не доходя до невзорванного льда 15–20 м, вдруг значительно уменьшилось погружение танка в воду, танк вышел на мель. Я немедленно выдал команду: “Стой!” Танк резко остановился, а гонимая танком волна по инерции продолжала движение вперёд и одновременно отходила от берега к середине реки, унося на себе и глыбы льда. В результате впереди танка и у берега на поверхности реки не оказалось глыб льда. Воспользовавшись этим, я подал команду: “Газ полный, вперёд на берег!” Танк мгновенно ринулся вперёд и легко выскочил на берег.

С выходом танка на северный берег Пилицы экипаж сразу же вступил в бой с противником, оказав огневую поддержку и броневое прикрытие взводу автоматчиков лейтенанта Меньшикова моторизованного батальона 44-й гв. тбр, отражавшего подход противника к северному берегу Пилицы к месту наведения моста. Внезапное появление моего танка на северном берегу ошеломило противника, он прекратил подход к реке и постепенно начал отходить в прибрежный населённый пункт.