Первое дело при Красном

Русские наградные документы позволяют восстановить некоторые детали этого боя. Генерал Оленин «в городе Красном удерживал долгое время неприятеля». Командир егерской бригады Воейков «в защите города Красного сделал благоразумные распоряжения и в короткое время укрепил оный разными способами, защищая его с отличною храбростию против превосходных сил неприятельских». Командир 41-го егерского подполковник Шейн «находясь в авангарде, командовал баталионом в самом городе Красном, удерживая правый фланг, неустрашимо удерживал стремящегося неприятеля и обращал в бегство». Майор Слонимский 1-й «удерживал в городе Красном неприятельских стрелков». Майор М.Л. Редриков «опрокинул на него наступавших стрелков». Майор Крамаревский «с двумя ротами находясь у прикрытия двух дорог от Лядов и Романова к Красному, с отменным мужеством удерживал неприятельских стрелков и фланкеров». Майор Томашевский 1-й, «прикрывал с полубаталионом Донскую конную артиллерию, неоднократно удерживал стремление на оную неприятельской конницы», а хорунжий Калашников «искусным стремлением и нанесением чрезвычайного вреда неприятелю не только что удерживал, но отражал с мужеством и храбростию со своими орудиями». Капитан Переслений «удерживал стрелками мост влево от дороги к местечку Лядам и, возбуждая смелость в нижних чинах, опрокидывал неприятеля штыками». Полковник Кологривов «занижал с 49-м егерским полком переднюю часть города и более трех часов с храбростию удерживал неприятеля». 50-го егерского полка майор Антонов «занимал с одним баталионом левую часть города, неустрашимо удерживал стремящегося неприятеля и два раза штыками обращал его назад». Майор Белявский «с двумя ротами благоразумным своим распоряжением отражал сильное нападение неприятеля в городе»; штабс-капитаны Шубин и Воронцов «с вверенными им ротами храбро отражали неприятеля при входе его в город Красный и, при нападении неприятельской кавалерии, двукратно обращали оную в бегство».{75}

Обер-офицер и штаб-офицер егерских полков. Раскрашенная литография Л. Киля. РГВИА

По словам Мюрата, генерал Груши «живо преследовал неприятеля вплоть до Красного, который я нашёл занятым пехотой. Маршал герцог Элъхингенский получил приказ поспешить с прибытием своей пехоты». Около 15 час. к городу подошла лёгкая кавалерия корпуса Нея. Согласно рапортам 1-го и 2-го вюртембергских шволежерских полков, 14-я бригада была выстроена в три эшелона; последний из них составлял 1-й полк, построенный в две линии. В ожидании подхода 10-й дивизии, эта кавалерия в течение некоторого времени подвергалась огню русской батареи, в результате чего, в частности, подполковник фон Расслер потерял лошадь. «Наша кавалерия не могла взять Красный без пехоты, — пишет Гриуа, — мы вели перестрелку с их аванпостами, когда прибыл король Неаполитанский с маршалом Неем. Они осмотрели позицию неприятеля». По словам Рёдера фон Бомсдорфа, «король Неаполитанский, который с момента соединения Груши и Нансу ти принял главное командование, образовал полукруг вокруг Красного и ожидал прибытия пехоты 3-го корпуса». Фляйшман вспоминал: «Около 4-х часов вечера мы услышали перестрелку; мы ускорили своё движение и достигли нашей бригады недалеко от Красного. В этом городке находилась колонна в 6000 русской пехоты, 2 кавалерийских полка и батарея в 12 орудий. Мы двинулись вправо от дороги и вступили в бой с русской батареей».{76}