Первые снайперы. «Служба сверхметких стрелков в Мировую войну»

Однажды, получив от офицера Заведующего Отделением печати уведомление, что прибывшая в школу партия корреспондентов заслуживает полного доверия, я посвятил их в наше новое изобретение, служившее для нахождения мест укрытия германских снайперов. Несмотря на мое предупреждение, что это изобретение представляет собой военную тайну, которая ни в коем случае не должна проникнуть в печать, я через 3 месяца увидел в одной из газет пространную статью с подробным описанием посещения нашей школы; изобретение описывалось во всех деталях, хотя оно не могло представлять особого интереса для широкой публики. Это собственно, единственный известный мне, за все время войны, случай умышленного нарушения обещания. Наши собственные корреспонденты Валентин Вильяме, Фимб Гиббс, Бич Томас, Перри Робинсон, Прэво-Батерсби, Персиваль Филипс и др. всегда находили радушный прием и полное доверие во всей британской армии.

Неблагоприятное отношение к печати в армии (одно время такое настроение бесспорно существовало), в сущности является в большинстве случаев глупым позированием младшего офицерства, подражающего в этом кому-нибудь из высшего начальства: но оно будет всегда существовать, пока будут случаться промахи представителей печати, а это будет продолжаться до тех пор, пока будут вестись войны и будут существовать корреспонденты.

Кроме нашего собственного штата, с нами, от поры до времени, сотрудничали различные офицеры, находившиеся во временных командировках. Среди них был майор А. Вакстон — Эссекского полка «Иоменри», обучавший Ловатских разведчиков наблюдению. Кстати сказать, это был единственный человек, умевший ловить форель во французских реках. Поручик Макферсон, основательный знаток телескопа и карты, также был прикомандирован к нам на время, он прибыл на фронт 62-х лет, со своим отрядом блестяще обученных Ловатских стрелков-разведчиков.

Капитан Барри, Канадского территориального полка, тоже был в числе работавших у нас. Он сперва был моим учеником, а затем временно остался при школе. Вскоре после своего первого пребывания в школе он получил 2 степени военного креста за свои разведывательные поиски, в одном из коих ему удалось проникнуть на 300 саженей вглубь немецкого расположения. Он был одним из самых доблестных наших офицеров, и смерть его причинила глубокую скорбь всем знавшим его.

Однажды приехал к нам генерал-майор Ламбтон, Начальник 4-ой дивизии, в которой я начал свою работу в армии. Его дивизия находилась в это время уже в составе другой армии, но он все же намеревался прислать нам партию наблюдателей для обучения, которая вскоре и прибыла под начальством поручика Гемпширского пехотного полка К. Конан-Дойля, сына известного писателя и лучшего офицера-наблюдателя, которого мы когда-либо имели. Конан-Дойль обладал несомненным талантом в преподавании и с большим успехом занимался с 2-м классом Ловатских разведчиков. Вскоре он вернулся в свою дивизию, получил чин капитана и был заведующим боевыми наблюдателями в больших боях 1917 года. Впоследствии, когда вышел приказ о возвращении всех студентов-медиков на родину для завершения образования, он уехал в Англию, где заболел инфлуэнцей и умер. Трагизм такой кончины является на мой взгляд одним из прискорбных явлений на войне: человек столько пережил, проявил столько героизма и в конце концов, погиб от какой-то несчастной бациллы, вместо германских снарядов, под градом которых он так равнодушно расхаживал.

Я дал читателю несколько витиеватое описание формирования школы и ее первых сотрудников. При самом основании школы генерал Чарлз Монро должен был уехать из Франции в Индию, чтобы вступить там в командование всеми британскими вооруженными силами; после него командование армией временно принял генерал Гекинг, который и был первым из наших посетителей. Он сообщил, что в армии ожидают скорого прибытия короля, и просил нас с Греем отправиться в школу II корпуса для подготовки к королевскому смотру. К сожалению, король задержался в Бетюн, вследствие сильного обстрела, так что ему не оставалось времени для приезда в школу. Мы очень сожалели об этом, так как посещение короля в то время имело бы громадное значение для снайпинга вообще.

Один из гостей своим посещением доставил мне особенное удовольствие. Это был мой давнишний приятель сэр Артур Пирсон, приехавший вместе со своим сыном, которого я знавал еще мальчиком, подававшим в качестве спортсмена большие надежды. Теперь он служил офицером в конной артиллерии. Сэр Артур Пирсон осмотрел всю школу и долго меня расспрашивал; хотя он и не успел осмотреть все бойницы и все технические детали наших приспособлений, он все же с поразительной быстротой вник в суть дела. Мне даже думается, что он узнал больше о снайпинге, разведке и наблюдении по прошествии каких-нибудь двух часов, чем удалось бы узнать кому-либо другому в течение недели.