Первый крестовый поход. Сражения и осады, правители, паломники и вилланы, святые места в свидетельствах очевидцев и участников

Западных франков было легко уговорить оставить свои земли, поскольку Галлия страдала в течение нескольких лет то от гражданской войны, то от голода, и много людей умирало, и, не в последнюю очередь, от болезни, проявившейся в окрестностях церкви Святой Гертруды Нивельской. Люди пребывали в страхе и опасались за свою жизнь. Протекало это заболевание таким образом. Внезапно ту или иную часть тела как будто охватывал какой-то невидимый огонь, человек испытывал в течение длительного времени невыразимые страдания, и не было для излечения никакого средства, и так продолжалось до тех пор, пока он не умирал, или если пораженную болезнью конечность отрезали, тогда мучения прекращались. До сего дня встречаются живые свидетели этой болезни, искалеченные, потерявшие или руку, или ногу.

Были и такие выходцы уже из иных народов, кто признавался, что отправился в Землю обетованную не только по призыву папы, но и наслушавшись проповедей неких пророков, которые объявились в последнее время среди них, или увидев знамения в небесах. Другие объясняли, что они вынуждены были принести клятву вследствие тяжелых обстоятельств, в которые они попали. Действительно, множество людей вышли в поход вместе с женами и детьми и всем своим хозяйством.

Но восточные франки, саксонцы, тюрингцы, баварцы и алеманны знали о походе лишь понаслышке, что отчасти объясняется схизмой между императором и папством, начавшейся со времени понтификата папы Александра II [занимал папский трон в 1061–1073 гг., ему наследовал Григорий VII] и продолжающейся вплоть до наших дней. Увы, это только усилило нашу ненависть и враждебность к подданным императора, как и их вражду против нас! И случилось так, что почти весь тевтонский [германский] народ[8], сначала просто не понявший причину, по коей следовало отправиться в поход, теперь начал открыто насмехаться над множеством рыцарей, проходивших через их страну, над отрядами пеших воинов и толпами крестьян, с их женами и детьми. То были люди, как они считали, охваченные необъяснимым безумием, которые оставили привычный образ жизни ради неизвестного будущего, родную землю – ради какой-то неизвестной Земли обетованной, которую еще предстояло обрести. Они отказались от своей собственности, но стремились захватить чужую. Но все же благодаря Божьему состраданию и у тевтонов появилось понимание того чувства, что двигало толпами, проходившими через их земли.

Наставления папы Урбана II крестоносцам, участникам похода

Урбан, епископ, слуга слуг Божиих, всем верным, князьям и всем подданным, ожидающим во Фландрии; мои приветствия и апостолическое благословение.

Братья, нам давно известно по многочисленным рассказам, что ярость варваров обрушилась на храмы Божии в землях Востока и опустошила их. Более того, как ни богохульно это звучит, язычники захватили в рабство и церкви, и сам Святой город Христа, прославленный Его страстями и Воскресением. Глубоко скорбя об этой беде, мы посетили земли Галлии и приложили все свои усилия, чтобы побудить князей светских и их подданных помочь освободить церкви Востока. Мы собрали их на собор в Оверни, чтобы торжественно благословить их на это предприятие, да отпустит им Господь за это все их грехи. И решили мы поставить нашего возлюбленнейшего сына Адемара, епископа из Пюи, во главе похода как нашего представителя. И те, кто пожелают отправиться в поход, должны будут слушаться его распоряжений, как будто это наши собственные распоряжения, и исполнять их беспрекословно. И если есть среди вас люди, которые дали клятву Богу, дайте им знать, что Адемар выйдет в поход с Божьей помощью в день Успения Божьей Матери (15 августа), и они могут к нему присоединиться. (Написано в конце декабря 1095 года.)

Глава 2Поход на Константинополь