Первый закон

Но Вест явно был не в настроении.

– Я сомневаюсь. Вы видели наших рекрутов? Некоторые едва могут ходить, не то что сражаться. Это просто позорище.

Челенгорм отмел его аргументы сердитым взмахом руки.

– Эти северяне – чертовы дикари, они просто шваль! – вскричал он. – Мы посадим их на задницы, как Джезаль сегодня посадил того идиота. Правда, Джезаль? Вернемся домой до зимы, все так говорят!

– А ты знаешь те края? – спросил Вест, наклоняясь к нему через стол. – Леса, горы, реки, и так без конца. Почти нет открытого пространства, чтобы сражаться. Почти нет дорог, чтобы перемещать войска. Прежде чем задать кому-то взбучку, надо сначала поймать его, не так ли? Вернемся домой до зимы! До следующей зимы, может быть. Если мы вообще вернемся.

Глаза Бринта расширились от ужаса:

– Ты серьезно?

– Да нет… Нет, ты прав. – Вест вздохнул и встряхнулся. – Конечно, мы выиграем. Нас ждут слава и продвижение по службе. Вернемся домой до зимы. Впрочем, на твоем месте я бы все же взял с собой теплый плащ. На всякий случай.

Воцарилось неловкое молчание. Вест хмурился, лицо его стало жестким; ему явно было не до веселья. Бринт и Челенгорм глядели озадаченно и угрюмо. Один лишь Каспа сохранил благодушие: прикрыв глаза, он качался на задних ножках своего кресла, в блаженном неведении относительно того, что происходит вокруг.

Да, праздник не задался.

Джезаль тоже чувствовал усталость, смятение и тревогу. Он думал о турнире, о войне… об Арди. Записка по-прежнему лежала у него в кармане. Он искоса взглянул на Веста, затем быстро отвел взгляд. Проклятье – Джезаль чувствовал себя виноватым! Он никогда прежде не испытывал подобного чувства, и оно ему совсем не нравилось. Если не ходить на встречу с Арди, он будет винить себя за то, что оставил ее в одиночестве. А если пойти – за то, что нарушил данное Весту слово. Хорошенькая дилемма. Джезаль покусал ноготь большого пальца. Что за чертовщина происходит у него с этой проклятой семьей?

– Ну хорошо, – резко проговорил Вест, – мне пора. Завтра рано вставать.

Бринт что-то промычал в ответ.

– Ладно, – сказал Челенгорм.

Вест посмотрел Джезалю прямо в глаза:

– Могу я перекинуться с тобой словечком?

Он выглядел серьезным, мрачным, даже гневным. Сердце Джезаля подпрыгнуло. Вдруг Вест узнал про записку? Вдруг Арди сказала ему? Майор повернулся спиной к столу и направился в тихий угол. Джезаль в отчаянии огляделся по сторонам в поисках выхода.

– Джезаль! – позвал его Вест.

– Да-да, иду!

Он с величайшей неохотой поднялся и двинулся к другу с самой, как он надеялся, невинной улыбкой. Может быть, это все же что-то другое, не имеющее отношения к Арди. Пожалуйста, пусть это будет что-нибудь другое!

– Я не хочу, чтобы об этом знал кто-то еще… – Вест оглянулся по сторонам, удостоверяясь, что на них никто не смотрит.

Джезаль сглотнул. Сейчас он в любой момент мог получить удар по лицу. Его еще ни разу не били по лицу – во всяком случае, всерьез. Как-то раз одна девушка дала ему довольно крепкую пощечину, но это вряд ли считалось. Он подготовился, сжал зубы и слегка сморщился.

– Берр назначил срок, – проговорил Вест. – У нас осталось четыре недели.

Джезаль уставился на него:

– Что?

– До погрузки на корабли.

– На корабли?

– Ну да. В Инглию.

– Ах да… Конечно, в Инглию! Ты сказал, четыре недели?

– Я подумал, тебе следует об этом знать. Ты так занят с этим турниром… Надо, чтобы у тебя было время приготовиться. Однако держи эти новости при себе.

– Да, безусловно. – Джезаль вытер вспотевший лоб.

– С тобой все в порядке? Ты выглядишь бледным.

– Нет, все нормально. – Он перевел дух. – Сам понимаешь, эта суета, фехтование и… прочее…

– Не волнуйся, ты сегодня отлично выступил. – Вест хлопнул его по плечу. – Но тебе предстоит сделать гораздо больше. Чтобы стать чемпионом, надо выиграть еще три схватки, одна другой тяжелее. Не позволяй себе лениться, Джезаль. И слишком сильно напиваться! – бросил он через плечо, уже поворачиваясь к двери.

Джезаль испустил глубокий вздох облегчения и повернулся к столу, за которым сидели остальные офицеры. Его нос не пострадал.

Как только Вест ушел, подал голос Бринт.

– Какого черта все это значило? – забормотал он. – То есть я имею в виду… ладно, я знаю, он герой и все такое… но черт побери… я бы сказал…

Джезаль поглядел на него сверху:

– И что бы ты сказал?

– Вести такие разговоры – это… это пораженчество! – Вино придавало ему храбрости, он все больше возбуждался. – Это… то есть я хочу сказать… это просто трусость – так говорить, вот что это такое!

– Послушай, Бринт, – резко сказал Джезаль, – Вест сражался в трех настоящих битвах, он первым прошел сквозь брешь при Ульриохе! Может, он и не дворянин, но он чертовски храбрый парень! К тому же он опытный офицер, он знает Инглию и его ценит маршал Берр! А что умеешь ты, Бринт? – Джезаль скривил губу. – Проигрывать в карты и опустошать бутылки с вином?

– По мне, так человеку больше ничего и не надо, – нервно засмеялся Челенгорм, стараясь сгладить напряжение. – Еще вина! – заревел он.