Первый закон

– Наставник, – раболепно произнес навигатор, – позвольте напомнить, что вы обещали освободить меня… Я свои обязательства выполнил. Эта дверь выводит на площадь недалеко от Допросного дома…

– Посмотрим.

Татуированный наемник последний раз ударил по двери топором, и та слетела с ржавых петель. В тесный подвал хлынул солнечный свет. Наемник отступил в сторону, пропуская Глокту наружу.

«Ах, свежий воздух. Дар, который все принимают как должное».

Короткая лесенка вела на мощеный двор, огороженный грязными спинами серых домов. Глокта моментально узнал это место.

«Прямо тут, за поворотом – Допросный дом, как и было обещано».

– Наставник? – робко напомнил о себе Длинноногий.

Глокта поджал губы.

«Кому от этого плохо? Шансов, что хоть кто-то из нас переживет этот день, считай, нет, а мертвые могут позволить себе щедрость. Только они и могут ее себе позволить».

– Что ж, ладно, отпустите его. – Одноглазый наемник длинным ножом перерезал путы на руках навигатора. – Будет разумно с вашей стороны больше не попадаться мне на глаза.

На губах Длинноногого мелькнула тень улыбки.

– Не беспокойтесь, наставник. Я как раз думал о том же. – Сказав это, он спустился назад, в вонючий мрак, и исчез за углом.

– Скажи, что ты озаботился всем необходимым, – обратился Глокта к Коске.

– Наставник, я, может быть, и ненадежный человек, но свое дело знаю. – Коска сделал знак рукой головорезам. – Время, друзья мои. Сменим обличье.

Наемники дружно нацепили на лица черные маски, сбросили ветхие плащи и куртки. Под рваньем у них обнаружилась опрятная черная форма, оружие они спрятали, после чего толпа преступников превратилась в организованный отряд практиков инквизиции его величества.

«Не то чтобы первые сильно отличались от вторых».

Сам Коска снял куртку и вывернул ее наизнанку. Изнутри она была чернильно-черной.

– Очень полезно иметь выбор цвета, – пояснил стириец. – При необходимости можно просто поменять сторону.

«Отличное определение для перебежчика».

Сняв шляпу, Коска щелкнул пальцем по перу.

– Можно мне ее оставить?

– Нет.

– Злой вы, наставник. – Коска ухмыльнулся и швырнул шляпу в темноту. – За это я вас и люблю. – Надев маску, он с сомнением глянул на Арди. Сбитая с толку и усталая, та притаилась в темном углу. – А с ней как быть?

– С ней? Она пленник, практик Коска! Гуркхульская шпионка. Его преосвященство выразил желание допросить ее лично. – Арди недоуменно захлопала ресницами. – Все просто – выглядите испуганной.

Арди сглотнула.

– Ну, с этим-то проблем не будет.

«Войти в Допросный дом, найти и арестовать архилектора? Что-то я не уверен».

– Выдвигаемся, – щелкнул пальцами Глокта.

– Выдвигаемся, – сказал Вест. – Порт зачищен? Где носит этого Поулдера?

– Никто не знает, сэр. – Бринт попытался проехать дальше, но дорогу перегородила толпа, размахивающая копьями в опасной близости. Солдаты матерились, сержанты орали, офицеры кудахтали, словно старые курицы. Узкие улочки за портом стали кошмаром для армии, вдобавок навстречу ей устремился поток раненых.

– Дорогу лорду-маршалу! – прокричал Пайк. – Лорд-маршал едет!

Он поднял меч с таким видом, будто изготовился раздавать удары плашмя направо и налево. Копейщики мигом расступились, образуя аллею из поднятых копий. Из самой гущи солдат выехал всадник. Челенгорм, с порезом на лбу.

– Ты ранен?

Здоровяк только усмехнулся.

– Пустяки, сэр. Ударился головой о проклятую балку.

– Успехи?

– Мы вытесняем их к западной части города. Кавалерия Кроя, насколько мне известно, пробилась в Четыре угла, но Агрионт по-прежнему в плотном кольце гурков. Они перегруппировались и теперь контратакуют с запада. Боˆльшая часть пехоты Кроя застряла на улицах по ту сторону реки. Если срочно не перебросить туда подкрепление…

– Нужно переговорить с генералом Поулдером, – резко произнес Вест. – Где он, проклятье! Где?! Бринт!

– Сэр?

– Возьми пару человек и найди Поулдера, быстро! – Он пронзил пальцем воздух. – Приведи его сюда, одного, лично!

– Да, сэр! – Бринт кое-как развернул лошадь.

– Что в море? Ройтцер здесь?

– Насколько я знаю, он вступил бой с гуркхульским флотом, но… – Запах соли и горелого дерева постепенно усиливался, и они наконец выехали в порт. – Проклятье.

Вест не мог не согласиться.

Изящная дуга набережной превратилась в окровавленный и почерневший серп. Тут и там валялось сломанное и брошенное оружие, лежали мертвые тела. Чуть дальше дрались разрозненные группы людей, что щетинились кольями, будто ежи, и воздух полнился их криками. На ветру, словно пугала на шестах, реяли флаги Союза и Гуркхула. Грандиозная битва заняла практически весь берег. Воздух над пылающими складами дрожал, и крики людей, что бились позади них, звучали подобно голосам призраков. В сторону бухты тянулись длинные полосы удушливого черного, серого и белого дыма. В самой же переполненной гавани сошлись в битве корабли.