Пьесы

Эдме. Ты же знаешь, твой отец все равно сделает по-своему. Но речь сейчас не о том. Я собираюсь раз и навсегда решить вопрос с Мегалем.

Осмонда. Нет такого «вопроса».

Эдме. Давай не придираться к мелочам. У меня нет никаких возражений против того, чтобы девочки иногда заходили к нам, но мне не хотелось бы, чтобы ты поднималась туда.

Осмонда. Короче, ты мне не доверяешь; ты не понимаешь, что если бы такая опасность существовала, твои сомнения только усугубили бы ее.

Эдме. При чем здесь опасность? Просто я считаю твое поведение в данной ситуации неподобающим, вот и все.

Осмонда. А что думает по этому поводу папа?

Эдме. Твой отец не отдает себе отчета…

Осмонда. То есть у него нет той предвзятости, что у тебя.

Эдме. Какой предвзятости, о чем ты говоришь?

Осмонда. Направленной на то, чтобы унизить меня, ранить, причинить боль. Вот и сейчас ты меня выставила на смех перед этим господином.

Эдме. Ясно, что когда человек так занят собой, ему всюду мерещатся обиды и злые умыслы. Если бы ты уделяла другим десятую долю того внимания, какое ты уделяешь своей драгоценной особе…

Осмонда.Я не эгоистка.

Эдме. Это что-то новое.

Осмонда. Во всяком случае — не такая эгоистка, как ты. Ты ни во что не вкладываешь душу. А это, по-моему, главное. Качество человека определяется не тем, что он заседает в комитетах, руководит мастерскими для работниц или вяжет носки. В тебе нет доброты, и, во всяком случае, ты не лучше меня. Достаточно видеть, как ты разговариваешь с больными: никогда не улыбнешься. Все твои старания — это… это…

Эдме. Продолжай.

^{Входит Клод.}

Клод (Осмонде). Ты еще здесь? Послушай, дорогая, будь так добра, приготовь мне чаю, я окоченел… У Форстмейера такой холод!

Эдме. Уверена, что вы ни к чему не пришли.

Клод. Мы беседовали.

Эдме. Именно… (Осмонде.) Вскипяти, разумеется, на спиртовке. (Осмонда выходит.)

Клод. Он еще долго оставался после моего ухода?

Эдме. Несколько минут. (Неловкое молчание.)

Клод. И Осмонда все время была здесь?

Эдме. Нет.

Клод. Наверное, если бы я знал, что все так сложится…

Эдме. Теперь ты видишь, что я была права.

Клод. Нет, это было бы слабостью, малодушием. Но когда он заговорил о Сен-Лу… и потом, этот цинизм, поза пресыщенности, отвращения ко всему…

Эдме. Он очень болен.

Клод. Да, мне приходилось все время твердить себе, что это страдалец.

Эдме. Ты это вправду?..

Клод. Иначе, думаю, я указал бы ему на дверь. То, как он смотрел… ты заметила? Это было особенно невыносимо.

Эдме. Да… вижу.

Клод. Когда он вошел и протянул тебе руку — в первый момент мне показалось, что передо мной привидение.

Эдме. Да.

Клод. Но затем, когда он взглянул на девочку, его лицо оживилось… Это было еще страшнее.

Эдме (направляясь к двери). Осмонда! Ну где же ты?..

Осмонда (за стеной). Вода еще не вскипела.

Эдме (Клоду). Может быть, добавить тебе в чай немного коньяку?

Клод. Нет, не стоит.

Эдме (с иронией). Я забыла, ты же брал известное обязательство…

Клод. Не могла бы ты немного рассказать мне, о чем он говорил с тобой, — если тебе это не тяжело, разумеется.

Эдме (горячо). Ну, будь же требователен, подозрителен; будь мелочен: я так хочу этого!

Клод. Не понимаю, зачем это тебе.

^{Осмонда входит с чашкой чая, которую ставит на письменный стол.}

Осмонда.Я положила тебе кусочек сахару. Пойду лягу. Спокойной ночи, папа, я надеюсь, чай поможет тебе согреться.

Клод. Спокойной ночи, дорогая.

Эдме. Пока.

^{Осмонда уходит. Молчание. Клод пьет чай.}

Эдме. Тебе лучше?

Клод. Так что было дальше?

Эдме. Дальше… дальше произошло вот что… Клод, я так нуждаюсь в тебе. Надо, чтобы ты мне помог. Ты должен мне помочь. Меня стала мучить страшная мысль… Избавь меня от нее!.. Конечно, мы говорили о прошлом. Нельзя укорять нас за это. Было так странно. Словно все случилось вчера… словно эти двадцать лет не в счет. И однако он умирает, а я… Оказывается, он был гораздо несчастнее, чем я могла тогда предположить. Он не только страдал; он отчаялся. Вот почему он стал вести ту жизнь, которая сейчас оборачивается гибелью. Во всяком случае, он так считает. Разумеется, он может ошибаться. Но как бы то ни было… Если бы я могла быть уверена, что поступила правильно, признавшись тебе во всем! Но он утверждает… О нет, не может быть, это было бы слишком…

Клод. Чего не может быть?

Эдме. Он говорит, что я испугалась… что у меня не хватило духу решиться на жизнь с ним, и что я открылась тебе, чтобы полностью связать себя, отрезать себе всякий путь к отступлению.

Клод. Не понимаю.