Петербург – столица русской гвардии. История гвардейских подразделений. Структура войск. Боевые действия. Выдающиеся личности

«Ах, зачем ты меня целовала!..»***(Солдатские песни)

Армейская служба без музыки и песен невозможна. Зародившиеся при Петре I хоры (оркестры) полковой музыки очень скоро стали неотъемлемой частью армейского повседневного быта. Под оркестр начинался утренний развод, пением труб заканчивался день. В полку служили выдающиеся музыканты, а кроме того, каждый полк в полном составе был церковным хором. Пели все. Песня под барабан и флейту была частью повседневных маршей.

Солдаты русской армии с песнями ходили даже на полевых смотрах и парадах. Ни в одной армии мира не пели так много, как в русской.

Что же пели? Солдатские песни исчисляются сотнями! Во-первых, песни, годные для строя, те, что ритмом помогали строевому шагу. И это, конечно же, новинки… но спетые по-солдатски. Так, знаменитый романс Е. Гребенки «Помню, я еще молодушкой была» с присвистом и гиканьем пела вся русская пехота, легко заменив слова «А когда уже я вдовушкой была, пятерых уж дочек замуж отдала…» на «семерых сынов в солдаты отдала». Строевыми песнями, особенно пришедшимися по вкусу юнкерам, стали поэма «О вещем Олеге» А. С. Пушкина, «Бородино» М. Ю. Лермонтова и сотни других классических произведений.

Каждый полк имел свою песню, часто на мелодию полкового марша. В каждом полку был обязательно свой. Полковым маршем, например, лейб-гвардии Атманского казачьего полка являлся марш Мендельсона. Тот, что мы знаем как «Свадебный». Почему? Сильно шефу полка Великому князю понравился!

Проходившие через город полки гремели песнями, сквозь лавинный грохот подков по мостовой доносилось:

Под драгуном лошадь ходит,Как дает ей шенкеля…Словно пляшет в хороводеИ кусает трензеля…

А там по травянистой обочине, сберегая копыта даренных отцами коней, шли гвардейские казаки с песней «на грани» приличия…

Девица красная, щуку я ловила…

И сотня подхватывала, с присвистом, бубном и медными тарелками:

Щуку я! Щуку я! Щуку я… ловила…

Завесив чубом наглый глаз, запевала выкрикивал:

Девица красная, уху я варила…

Обыватели прыскали по дворам, затыкая детям уши… А во всю ширину мостовой – единственные ходившие не тройками, а на длину пики поперек улицы «уланы, в звеньях по четыре»…

Пошли девки покупаться!Иии-ех! Пошли девки покупаться!Матушка-пчелушка, это ж Лушка!Чудо, чудо, чудовушка, правда, Лушка!

При проходе мимо штабных колясок или губернаторского дома, приосанившись и пустив бороды по ветру, казаки бухали «официальную»…

Грянул внезапно гром над Москвою,Выступил с шумом Дон из брегов!Ай, донцы – молодцы! Ай, донцы – молодцы!Ай да, донцы! Донцы – молодцы!Сталь беспощадна! Пика ужасна!Войска Российского сила крепка!Ай, донцы – молодцы, Ай, донцы – молодцы…

Когда является безграничное море русской военной музыки вообще и солдатских песен в частности, то первая мысль: армия всеядна! Казалось, нет такого рифмованного произведения, какого она не смогла бы приспособить к своим нуждам.

И упомянутая «Дуня», популярнейшая маршевая песня русской пехоты, безусловно, городской романс.

Ах, настанет осеннее время, Дуня!Дождик частый зачнет моросить,Ты услышишь печальное пенье – что ты!Это меня понесут хоронить!И тогда ты поймешь, дорогая Дуня!Отчего я так сильно страдал!Да какое горячее сердце – что ты!Под шинелью солдатской скрывал.

(Ну просто Грушницкий! – Б. А.)

Ах, упади! Упади поскорее, Дуня,На мою исхудалую грудь!Ой, да не вейтися, буйные кудри! Что ты!Над моею больной головой!

Следуя традиции казачьих песен, где нет деления на веселые и грустные по содержанию, а есть только различие по характеру исполнения «на долгие и частые», здесь душераздирающая история поется на манер плясовой.

И это не единственный случай превращения романса в строевую песню. Так, романс «Белой акации гроздья душистые» подарил мелодию и белогвардейской, и революционной песне «Смело мы в бой пойдем» с оптимистическим финалом «И как один умрем!», правда, одни пели «За Русь Святую», а другие – «За власть Советов!».