Петербург в царствование Екатерины Великой. Самый умышленный город

Несмотря на многие недостатки, эти медицинские учреждения и службы представляли собой первые попытки организации государственного здравоохранения, в ходе которых город брал на себя определенную ответственность за своих наименее благополучных обитателей. Финансируемые как сбором средств по подписке, так и налоговыми поступлениями, эти больницы оказывали медицинские услуги и богатым, и бедным горожанам.

Культурная жизнь и развлечения

Рост города сопровождался не только развитием здравоохранения. Он вызвал к жизни множество новых способов провести свободное время, особенно для избранного меньшинства, тяготевшего к новым формам культурного досуга, присущим России в той же мере, сколь и Европе. Театральная жизнь процветала ещё в конце царствования Елизаветы Петровны, когда всё более и более искушенные зрители смотрели и слушали комедии, драмы, комические оперы, балеты[172]. На протяжении екатерининской эпохи популярность театра непрерывно росла, как и склонность его завсегдатаев сплетничать и болтать во время представления, а то и выкрикивать из передних рядов оскорбления в адрес актёров и авторов. Но даже с учётом этих, не таких уж безобидных, нарушений порядка, к концу века, по сообщениям осведомленных иностранцев, петербургские зрители выслушивали актеров, проявляя не меньше вежливости и вкуса, чем английские театралы[173].

Характер постановок также изменился за этот период. Если поначалу в театрах представляли в основном переводные сочинения силами иностранных артистов, то постепенно их репертуар становился всё более русским, по мере того как произведения иностранных авторов дополняли пьесы А.П. Сумарокова, Д.И. Фонвизина и самой Екатерины, а место итальянцев, французов и немцев занимали русские актёры, такие как Пётр Плавильщиков или Михаил Щепкин.

С самого начала царствования Екатерина финансировала постановку спектаклей в своих дворцах для развлечения светской и экономической элиты, продолжая традицию, заложенную Елизаветой. С 1760-х гг. в Зимнем дворце действовали придворный театр и опера, опередив на два десятилетия сооружение Эрмитажного театра. Рост популярности театральных зрелищ был отмечен постройкой громадного Большого каменного театра, который открылся в 1783 г. и вмещал свыше тысячи зрителей. Новым доказательством растущих возможностей и интереса к театральным постановкам стал в 1776–1777 гг. переход Деревянного театра, где с 1757 г. выступала опера-буфф под руководством композитора Локателли, в руки богатого ревельского купца Карла Книпера, намеренного ставить пьесы и оперы на немецком языке. В 1783 г. этот театр перешёл под управление императорского двора. Помимо этих публичных театров в домах многих петербургских вельмож ставились спектакли для частного развлечения[174].

Другую форму развлечения культурных петербуржцев представляли собой клубы и светские собрания. Пример подавали масонские ложи, которые сначала следовали английским и шотландским образцам, а впоследствии приняли германскую и шведскую модель. Они привлекали не только членов иностранного происхождения, но и многих русских людей, так что Н.И. Новиков был лишь самым знаменитым из русских масонов[175]. Масоны, по идее, стремились к поиску истины и глубинного смысла нравственного долга, но эти занятия неизбежно приобретали черты приятного времяпрепровождения. С основанием в 1770 г. Английского клуба начали возникать и другие клубы. В Английском клубе, несмотря на его название, состояло больше русских членов, чем англичан[176]. Некоторые объединения такого рода просто придавали определённую форму обычным светским контактам, другие объединялись ради какой-нибудь специальной задачи или цели.

Клубы и масонские ложи охватывали лишь малую долю горожан – дворянство, богатых купцов (особенно иностранных), лиц свободных профессий. Ведь подобные затеи выходили за рамки кругозора большей части петербуржцев. Само по себе понятие «досуга» было им чуждо. Для большинства людей групповые празднества и торжества оставались в Петербурге такими же, как там, откуда они пришли в столицу. Православный церковный календарь предусматривал двенадцать главных праздников и дни святых местного значения. Некоторые из этих праздников сопровождались крестными ходами, как, например, бывало каждое лето 15 августа, на Успение Пресвятой Богородицы, когда массовая процессия следовала от церкви Казанской Божьей Матери до Александро-Невского монастыря.