Петербургский фольклор с финско-шведским акцентом, или Почем фунт лиха в Северной столице

Фольклор, связанный с Невой, вполне соответствует восторженному отношению к ней петербуржцев. Её называют «Нева-красавица», «Красавица-Нева», «Голубая красавица» и даже по-домашнему, на старинный московский лад – «Нева Петровна». Всё, чем может гордиться подлинный петербуржец, так или иначе тесно переплетается с его любимой рекой. Например, известно, что Невский проспект своим названием обязан Александро-Невской лавре, для непосредственной связи которой с городом, собственно, его и проложили, и что он нигде не соприкасается с Невой. Однако в сознании петербуржцев прочно живёт легенда, что название Невского происходит от Невы. Сырую воду из-под крана, которой ещё совсем недавно мы так гордились, независимо от её источника и даже вовсе не зная о нём, мы все равно называем: «Невская вода». Даже теперь, когда пить её просто не рекомендуют.

Если невской дать водыВыпить организму,Не придётся никогдаУже ставить клизму.

Современные работники коммунального хозяйства придумали даже пословицу о качестве некогда безупречной невской воды: «Петрокрепость пьет из Невы воду, Отрадное – чай, а Петербургу достается кофе». На пути следования из Ладоги в Финский залив, минуя обозначенные в пословице населённые пункты, она и в самом деле становится все хуже и хуже, меняя не только свой вкус, но и цвет.

Надо сказать, что в старое время невскую воду очень ценили. Сваренный на ней сбитень обладал высокими вкусовыми и питательными качествами. Среди зазывных выкриков уличных торговцев на Масляной или Пасхальной неделях можно было услышать:

Сбитень горячий медовой!Подходи мастеровой,За невской водой!В комнату, пожалуйста,честные господа.

Хотя, надо признать, в старые времена традиционно считалось, что для выпечки традиционного на Руси чёрного хлеба и калачей невская вода все-таки не годится. Известно, что московские булочники, борясь за право доставлять свою продукцию к царскому завтраку прямо из Москвы, придумали даже легенду о том, что самый вкусный калач можно испечь, только используя москворецкую воду. Похоже, в Петербурге с этим не спорили. Петербуржцам было чем гордиться и без калачей: «Славна Москва калачами, Петербург – сигами». А москвичи пошли даже на известные расходы. Если царь отправлялся в путешествие, за ним будто бы следовали цистерны с водой, взятой из Москвы-реки.

Даже скудный промысел, которым жили многие лодочники в старом Петербурге – извлечение из воды дров, брёвен, досок для последующей продажи или использования – принимался с благодарностью к кормилице Неве. Все эти случайные находки имели в старом Петербурге своё народное название: «Дары Невы».

С Невой связаны многие чисто петербургские традиции. Так, например, весенний ледоход на Неве превращался в общегородской праздник. В старом Петербурге существовал обычай заключать пари о дне начала ледохода. А в конце долгой зимы в Петербурге наступало время, когда в атмосфере возникало всеобщее радостное предощущение весны. С главных улиц и площадей города исчезали характерные атрибуты петербургских зим. По воспоминаниям художника Мстислава Добужинского, в это время «целые полки дворников в белых передниках быстро убирали снег с улиц». Среди петербуржцев это называлось: «Дворники делают весну в Петербурге».

Весной начинался торжественный проход по Неве ладожского льда, или «Ладожских караванов», как называли петербуржцы неторопливо проплывающие между гранитными берегами огромные ледяные глыбы. Они вселяли окончательную уверенность в приходе долгожданной весны. В петербургский климат ледоход вносит некоторые изменения. Среди обывателей живут давние питерские приметы: «Пойдет ладожский лёд – станет холодно», и в то же время: «Ладожский лёд прошел – тепло будет».

Ежегодно 6 января в дореволюционном Петербурге проходил праздник Водосвятия – Крещения Господня, который в народе почитался как «Крещение Невы». На Неве, напротив Зимнего дворца, устраивалась прорубь. Над ней возводилась деревянная часовня. Все это называлось Иорданью – по реке на Ближнем Востоке, в которой крестился Иисус Христос. Праздник начинался выходом из дворца царской семьи по лестнице, которая до сих пор называется Иорданской. Петербуржцы готовились к этому празднику заранее. Простолюдины приурочивали к нему крещение новорожденных. Простодушные родители верили, что это принесёт счастье и благополучие в жизнь их детей.

Но радужные ожидания не всегда оправдывались. Иногда при крещении в проруби дети гибли, или замерзая, или захлебываясь. Правда, и это объяснялось Божьим промыслом: «Бог дал, Бог взял». Фольклор свидетельствует, что и Нева часто становилась причиной человеческих драм и трагедий. Пословичная формула взаимоотношений бренного человека с вечной Невой становилась точной и конкретной:

«Матушка Нева испромыла нам бока».