Петля Путина. Разбор полетов за 10 лет

Писатель Михаил Чулаки возвышение В. Путина сравнивал со сказкой, в которую поверил народ: «И как это мы не заметили, что на наших глазах разыгралась грандиозная история Золушки — да к тому же в мужском варианте, что случается несравненно реже. В чем прелесть и сказочность сюжета: власть досталась не одному из тех многих, кто годами рвался к ней, а тому, кто вчера и вообразить себя не пытался в роли президента. Столь волшебный поворот истории не мог не заворожить страну, когда появился наш герой, выбрать кого-нибудь из потрепанных властью политиков значило нарушить намечавшуюся сказку».[63]

Итак, «народный кумир» В. Путина, «заступник», «принц на белом коне» — кому что больше нравится, но в совокупности это давало горючий материал для разжигания культа личности нового национального героя, пришедшего на смену деспоту и самодуру макиавеллистского типа — «царю Борису».

В то же время, как в западной, так и в российской печати, многократно встречались упреки в «кагэбэшных корнях» В. Путина, утверждения о том, что В. Путин — закоренелый чекист и призван установить в России, ни много, ни мало, как чекистскую диктатуру, а в конечном итоге восстановить СССР. Популярная байка о том, что на всех ключевых постах в исполнительной власти с приходом В. Путина расставлены бывшие чекисты, не выдерживает серьезной критики. «И дело не только и не столько в том, что ни одна из по-настоящему влиятельных кремлевских фигур — от Дмитрия Медведева и Алексея Кудрина до Игоря Сечина — не имеют ничего общего с КГБ СССР, — пишет политолог Станислав Белковский. — Если понимать под чекизмом не запись в анкете, а некую неосоветскую имперскую идеологию, то именно ей-то сегодняшний Кремль абсолютно чужд… Классический чекист всегда мечтал о великой Империи от южных гор до северных морей и гордился тем, что именно он оберегает это невиданное в истории Нечто (правда, события августа 1991 года показали, что не так уж страшен был КГБ, как он сам про себя думал, но речь сейчас не об этом). А современный кремлевский чиновник думает только о том, сколько накапало на его персональных пенсионных счетах всемирного значения в банках первой категории сложности. Ну, еще, конечно, — о яхтах, «Мерседесах», разновидностях горных лыж и о том, стоит ли купить 16-летней любовнице домик в Барвихе, чтоб далеко не ездить, или пока что рановато. Нет, совсем не кагэбэшное мышление получается».[64]

Надо заметить, что над созданием образа В. Путина как национального лидера России немало поработали политтехнологи с использованием разного рода манипуляций общественным сознанием. Еще перед выборами 26 марта 2000 года многие газеты писали об умелой работе спичрайтеров и имиджмейкеров, которые создали образ сильного лидера, «молодого и энергичного руководителя, скромного, но не лезущего в карман за словом решительного человека». «Путина придумали политтехнологи», «Путин — это политический миф, созданный специалистами по пиаркампаниям» — таково было заключение многих из его оппонентов.

Слов нет, славно потрудились политтехнологи Путина, создавая образ всенародного любимца происхождением из простых народных глубин, о чем он не однажды напоминал завороженным слушателям: «Я помню, как у меня папа на пенсию уходил. Он самый был простой человек, работал мастером на заводе всю жизнь». «К таким условиям работы, как в Кремле, я, конечно, не привык. У нас в Питере такое только в Эрмитаже можно увидеть. Здесь своеобразная обстановка, такая дворцовая, я никогда к этому не стремился».

По замыслу политтехнологов, эдакая «природная скромность» должна отделять его от так называемой, «элиты», выдвинувшей Путина в президенты, от «семьи» и олигархов, купающихся в немыслимой роскоши. Все делалось для того, чтобы избиратели после таких откровений президента не доверяли публикациям о строительстве Путиным в бытность замом Собчака элитного коттеджа в заповедном месте, об изготовлении для Путина личной яхты по образцу царского «Штандарта», о зарубежной земельной собственности Путина в Испании, о реконструкции под президентскую резиденцию великокняжеского дворца в Стрельне, о 40 миллиардах долларов США на счетах в швейцарских и немецких банках, делающих его самым богатым человеком не только в России, но и в самой Европе, — о чем Путин предпочитает молчать или отвечать на назойливые вопросы вездесущих журналистов, как в известном анекдоте, «уклончиво».

Так, в своей последней, в качестве президента, пресс-конференции он раздраженно разразился всем запомнившейся тирадой на вопрос журналиста «Ассошэйтед пресс»: «Некоторые газеты писали о том, что вы самый богатый человек в Европе. Если это правда, каковы источники Вашего богатства?»