Петля Времени

- Бей их! - закричал кто-то захлебывающимся от азарта голоском. - Сколько можно обманывать честных людей! Жулье, проклятое....

Скорости улепетывавших мошенников можно было только позавидовать. Очевидно, подчиняясь давно разработанному плану бегства, они пырснули по сторонам и, под свист и улюлюканье лоточников, моментально скрылись в запутанных лабиринтах рынка.

Толпа была удовлетворена - свое зрелище она все равно получила. А, троица невозмутимо прошествовала дальше по известному ей адресу.

- Эта игра для шельмования простаков будет существовать еще две тысячи лет, - авторитетно заметил кот, пытаясь подладиться под размашистые шаги Фагота.

- А, в чем тут фокус? - спросил Азазелло, не до конца разобравшийся в технологии обмана.

- Шарик, который прячется под кружкой, сделан из тончайшего и невесомого гагачьего пуха и, когда его сжимают пальцами, он становится фактически невидимым и неощутимым. Мошенники просто создают иллюзию нахождения шарика под кружкой....

Распорядитель городского имущества, приземистый коренастый толстяк с объемистым обвислым брюшком, по имени Марух, долго вертел в руках кусок папируса с разрешением на аренду цирка на два дня за подписью царя Ирода и с его же личной печатью.

Сомнения его вызывала не подпись, которую он отлично знал и не хорошо известная печать, не требующая подтверждения в ее подлинности. Он не помнил случаев, чтобы заброшенный цирк использовался в качестве зрелищного сооружения. Обычно клоуны, шуты, мимы, фокусники, бродячие актеры устраивали свои представления прямо на улицах, площадях, а также у подножия Елеонской горы, словом, на открытом воздухе. Более того, иудейские священники бывали даже против использования помещений цирка для торговых целей, по их мнению, это оскорбляло богов, в честь которых здесь проводились обряды.

Но удостовериться в подтверждении воли царя не представлялось возможным. Царь Ирод две недели назад отбыл в Антиохию для лечения подагры, которой он страдал. Его семья и основные сановники, в том числе, отвечающие за вопросы городского самоуправления, выехали вместе с ним, так было принято при дворе.

Марух крутил папирус, скручивал его в трубку и снова разворачивал, кряхтел, потел и никак не мог принять решение.

Его заплывшие жиром глазки перебегали с устрашающего лика широкоплечего рыжего человека в коротком грязноватом плаще, никак не вызывающего у него доверия, на огромного черного кота, с цепочкой на шее, смиренно расположившегося чуть сзади и левее клыкастого здоровяка. И уж совсем не могли уследить за, вьющимся вокруг него ужом, долговязым верзилой в несуразном клетчатом халате, пытающемся по ходу своих вращений всунуть большую золотую монету в карман строгой черной хламиды распорядителя. Но карманов в хламиде не было, и попытки успеха не приносили.

- Не сомневайся, уважаемый, - скрипучий тенорок обладателя диковинного халата сопровождал все его перемещения, - подпись ... печать... сам царь соизволил приложить свою царственную руку. И сам желал присутствовать на представлении. Но занедужил, занедужил....

- Где вы видели царя? - толстые губы распорядителя недоверчиво сложились вопрошающим знаком.

- Там же... там же... в Антиохии, мы давали представление в этом чудесном городе... оттуда и приехали... по рекомендации... и, испросив разрешения,... - клетчатый халат уже рябил в глазах обалдевшего городского чиновника.

- Он вас принимал в Антиохии? - пораженно спросил толстяк, пытаясь поймать хотя бы взгляд вертлявого настырного просителя.

- И мы готовы хорошо заплатить, - не отвечая на вопрос, лебезил клетчатый, - скажем триста денариев... За каждый день, - добавил он, усмотрев метнувшуюся алчную тень в глазах распорядителя.

В его руках уже не было большой монеты, зато появились два увесистых мешочка, звякнувшие серебром.

Толстяк сделал голодную стойку, но еще колебался. В кармане своих шаровар, скрытых хламидой, он ощущал постороннюю тяжесть, которой раньше не отмечалось, и недоумевал, каким образом клетчатый проситель таки добрался до его кармана.

Брать взятку он не хотел. Взять - значит связать себя определенными обязательствами. Естественно, как любой чиновник, он собирался сделать на этом гешефт, но по-честному, без взяток. Просто оформить другую, вполовину меньшую сумму, в качестве арендной платы. Чужеземцы уберутся восвояси, и кто сможет проверить условия договора. И все же он побаивался гнева служителей синедриона. Кто знает, как они отнесутся к использованию заброшенного цирка в зрелищных целях....

- Царь не властен давать распоряжения своим подданным? Клянусь всемогущим Юпитером, у вас странные порядки, - угрожающе-угрюмо протянул рыжий спутник долговязого, до того молчавший, и обнажил кривой длинный клык в неестественной улыбке. Рука его скользнула под плащ, где, как уже успел рассмотреть распорядитель, из-под широкого кожаного пояса торчала рукоятка кривого восточного кинжала. Клык хищно шевельнулся, и на распорядителя дохнуло холодом реальной опасности.