Читаем Петр 2 альтернативный полностью

   - Не... другой. Двоюродный брат вроде.

   - Все равно не доверяю я фельдмаршалу и его сыну.

   Светлейший заинтересованно и немного удивленно на меня взглянул. Он имел свои претензии к бывшему фавориту императрицы и его отцу, но от меня такого резкого заявления не ожидал.

   - От чего же, Петр Алексеевич?

   - Случись, умрет Август Саксонский и Лещинский снова появится в Польше. Кого поддержат Сапеги?

   - Так этот вроде наш. Сына своего на Софье Скавронской женит.

   - А оно нам надо? Софья племянница императрицы и приданное за нею большое. Лучше уж своих кого с нею обручить, чем отдавать тому, в ком врага вижу!

   - Так супружеству и помешать можно, если воля царская будет.

   - Вот и помешай, Александр Данилович. Пусть уезжают оба в Польшу, а Скавронской жениха другого найди!

   С видимым удовольствием, Меншиков обязался исполнить мое неожиданное повеление. В свое время младший Сапега отказался жениться на его дочери, моей теперешней невесте, и теперь пришла пора отомстить!

   Вот так и беседовали, получая от разговора обоюдное удовольствие. Мелькала у меня мысль, что Меншиков не так уж плох. Может я к нему придираюсь? С другой стороны, не представляю, как я могу доверять человеку, организовавшему первый в этом веке дворцовый переворот, да еще против меня? Это когда наследницей деда выбрали Екатерину. То, что он сейчас на моей стороне ничего не гарантирует в будущем. Да и в остальном, не представляю как смогу удержать его в рамках. Эти постоянные гонения на реальных и мнимых его противников. Последний случай - Шафиров, из кресла президента Коммерц-коллегии отправленный китов ловить, точнее организовывать Китобойную компанию. На днях дошли слухи что он по болезни застрял в Москве, так Верховный Тайный Совет отписывал Ромодановскому отправить барона в Архангельск незамедлительно. Хотя идея сама по себе интересная, но что Меншикову взбредет в следующий раз? Дубинкой его потчевать, как мой дед делал? Не смешно. Пацан против здоровенного мужика. Скорее уж он за розгу возьмется, хотя и это уже невозможно для него. Вот и получается, что он не может справиться со мной, а я с ним - двоевластие, которое меня никак не устраивает. Ну и болезнь его явно заразная. Хотя в истории он умер от оспы в ссылке за Уралом, подхватывать туберкулез от него мне совсем не хотелось.

   К вечеру полки прибыли к месту ночевки. Застучали топоры, солдаты поделились на кашеваров, установщиков палаток, добытчиков мяса и солмы из окрестных деревень. Я оставил лагерную суету и искупался в одном из соседних озер. Несколько офицеров последовали моему примеру. Часть свиты постеснялась и отдыхала на берегу после долгого марша.

   Когда голодный вернулся в лагерь, присоединился к одной из солдатских артелей, в складчину готовившую ароматную кашу с мясом. Это был не первый раз, когда я отказался от деликатесов в своем большом шатре. Каждый раз выбирал другую артель и каждый раз повар робко ждал моего вердикта.

   - Отменно, Василий!

   И улыбки расцветали на лице не только у польщенного кулинара, но и у всех остальных солдат вокруг костра. Поблагодарил кашевара и внес свою долю платы за еду в виде очередного алтына, который, уверен, солдат будет всю жизнь беречь и внукам рассказывать как его заработал. Я направился в шатер, где за столом уже расположились генералы. Вот зачем кому-то понадобилось тащить этот стол и ещё гору всякого барахла в обозе из тысяч телег? Не армия, а переселение народов! Уже сумерки, а телеги всё прибывали в разраставшийся лагерь.

   Как обычно я поступал в компании офицеров - пытался разговорить их на военно-тактические темы. Я знал достаточно много нововведений, которые собирался внести, но сейчас мне нужна была инициатива от кого-то другого. Поэтому раз за разом в таких беседах за ужином и чаем, мы вспоминали военные компании, прочитанные книги и обсуждали всякие интересные военные вопросы. Сегодня темой стало обсуждение роли кавалерии в современном бою. За десятилетия войн, русские драгуны стали по-настоящему регулярным войском, но я подводил людей к мысли, что лошадь в бою не просто средство доставки пехотинца к месту стрельбы, а дополнительные возможности в тактике боя.

   Во-первых нужно будет разделить кавалерию на легкую и тяжелую. У тяжелой кавалерии, кирасиров, лошади должны быть мощнее и задача кирасиров - прорыв строя противника в мощной неудержимой атаке. У легкой кавалерии, тех же казаков, должна быть отличная выучка на быстрых аллюрах в составе эскадрона, что ой как непросто. У командиров такой кавалерии должна быть в крови лихость и способность принимать быстрые решения в бою. Таков Меншиков, таков Ягужинский, который к сожалению сейчас в отъезде, а то бы возглавил конную гвардию, в которую я планировал переименовать лейб-регимент.

   Во-вторых, запретить кавалерии использовать стрелковое оружие в атаке. Ведь для этого надо остановиться, выровнять ряды, а то и спешиться и по команде выстрелить, растеряв весь темп атаки и ее смысл. Оружие кавалериста - сабля и отличное умение ею владеть в конном бою!

Перейти на страницу:

Похожие книги

Адольф Гитлер (Том 1)
Адольф Гитлер (Том 1)

«Теперь жизнь Гитлера действительно разгадана», – утверждалось в одной из популярных западногерманских газет в связи с выходом в свет книги И. Феста.Вожди должны соответствовать мессианским ожиданиям масс, необходимо некое таинство явления. Поэтому новоявленному мессии лучше всего возникнуть из туманности, сверкнув подобно комете. Не случайно так тщательно оберегались от постороннего глаза или просто ликвидировались источники, связанные с происхождением диктаторов, со всем периодом их жизни до «явления народу», физически уничтожались люди, которые слишком многое знали. Особенно рьяно такую стратегию «выжженной земли» вокруг себя проводил Гитлер.Так возникает соблазн для двух типов интерпретации, в принципе родственных, несмотря на внешнюю противоположность. Первый из них крайне упрощённый, на основе элементарной рационализации мотивов во многом аномальной личности; второй – перенесение поисков в область подсознательного или даже оккультного.Автору этой биографии Гитлера удалось счастливо избежать и той, и другой крайности. Его книга уникальна по глубине проникновения в мотивацию поведения и деятельности Гитлера, именно это и должно привлечь многих читателей, которых едва ли удовлетворит простая сводка фактов.

Иоахим К. Фест , Фест

Биографии и Мемуары / Прочая старинная литература / Документальное / Древние книги