Пять путей к сердцу подростка

– Мама всегда говорила: «Я люблю тебя, я люблю тебя, я люблю тебя». Она всегда говорила это трижды, очень быстро. Иногда мне казалось, что она говорит это неискренне, но в большинстве случаев я знал, что она действительно любит меня.

– Она по-прежнему говорит тебе это? – спросил я.

– В последнее время нет, – сказал он. – Сейчас она только критикует меня.

– Что она говорит, когда критикует тебя?

– Ну, вчера вечером она сказала, что я безответственный и что, если не изменюсь, я никогда не смогу поступить в колледж. Она говорит, что я неповоротливый и невежливый.

– А ты такой? – поинтересовался я.

– Наверное, я неповоротливый, – произнес он медленно, – но я не был бы невежливым, если бы они меня все время не шпыняли.

– А за что еще твои родители критикуют тебя? – спросил я.

– За все. Они говорят, что я слишком много разговариваю по телефону, слишком много времени провожу с друзьями. Я прихожу домой не тогда, когда они хотят. Я не звоню им, когда задерживаюсь. Я мало времени уделяю выполнению домашних заданий. Они говорят, что я несерьезно отношусь к учебе. Одним словом, они критикуют меня за все.

– И как ты относишься к своим родителям из-за этой критики?

– Иногда мне хочется просто убежать от них, – сказал Брэд. – Я устал от этих постоянных придирок. Почему они не могут позволить мне быть собой? Я не думаю, что я такой уж плохой. Мне хотелось бы, чтобы они от меня отстали.

– И каким бы ты был, если бы они отстали? – спросил я.

– Не знаю, – ответил Брэд. – Думаю, что обычным парнем. Я не собираюсь делать глупости, например принимать наркотики, или сделать какую-нибудь девчонку беременной, или стрелять в других ребят из пистолета. Мне кажется, мои родители слишком много ужасов смотрят по телевизору. Они смотрят на психов и думают, что все подростки такие. Я не псих. Почему они не могут мне доверять?

Ощущение пустоты

После еще трех встреч с Брэдом я пришел к выводу, что он был самым обычным подростком, которому не хватало любви, не потому, что родители не любили его, но потому, что они перестали общаться с ним на его родном «языке любви» – говорить слова поощрения. Когда он был ребенком, они часто поддерживали его словесно. У него сохранились яркие воспоминания об этих одобрительных словах, но теперь, как ему казалось, все изменилось. Он слышал от родителей только упреки и чувствовал себя отверженным. В детстве его потребность в любви удовлетворялась, но теперь, подростком, он ощущал пустоту.

Внимательно выслушав историю Брэда, я поделился с ним своим мнением. Я объяснил ему, что каждый из нас нуждается в любви, и, когда эта потребность удовлетворена, когда мы чувствуем, что люди, которые для нас важны, нас любят, мир вокруг кажется привлекательным, и мы можем спокойно обсуждать спорные вопросы. Но, когда потребность в любви не удовлетворена, когда мы чувствуем себя отвергнутыми, а не любимыми, становится чрезвычайно трудно обсуждать разногласия без ссор и оскорблений. Я сказал также Брэду, что его родители тоже нуждаются в любви и, как мне кажется, тоже ощущают пустоту. В детстве он, вероятно, общался с ними на их «языке любви», и они чувствовали его любовь; теперь же их потребность тоже не удовлетворена.

– Когда у родителей потребность в любви не удовлетворена, – сказал я, – они часто проецируют свое нездоровое поведение на подростков.

Я уверил Брэда, что все это можно изменить, что его отношения с родителями могут снова стать полными доверия и поддержки. Я сказал, что следующие три года могут стать лучшими в его жизни, и, когда ему придется ехать в колледж, ему, возможно, будет не хватать родителей. Брэд засмеялся и сказал:

– Хотелось бы!

Я уверил Брэда, что попытаюсь объяснить родителям свое мнение о ситуации и призвал его высказывать родителям свою любовь, несмотря на негативные чувства, которые он может испытывать к ним в тот момент. Я объяснил, что его растущая независимость от родителей будет лучше развиваться в условиях любви, чем вражды.

– Любовь – это один из вариантов, – сказал я, – и я думаю, что если ты постараешься любить своих родителей и общаться с ними на их основных «языках любви», то сможешь отчасти разрешить проблему. Помни, что любовь, а не ненависть, порождает мир.

Брэд кивнул, улыбнулся и сказал:

– Да, конечно!

Услышав это согласие, я понял, что еще способен находить общий язык с подростками.

– Какое-то время я буду общаться с твоими родителями, а затем, примерно через шесть недель, мне хотелось бы снова встретиться с тобой, – сказал я Брэду.

– Хорошо, – ответил он, выходя из моего кабинета, и его длинные штанины волочились по полу.