Пятый ангел вострубил

Когда вы внушите нескольким людям отвращение к семье и к религии (одно почти неизменно следует за другим), оброните несколько слов, способных вызвать стремление быть принятым в ближайшую ложу. Это тщеславное желание мещанина или буржуа присоединиться к масонству является столь банальным и столь всеобщим, что я не перестаю восхищаться человеческой глупостью. Порой мне кажется, что целый мир стучится в двери посвященных, прося этих господ о чести быть избранным для участия в воссоздании Храма Соломона. Стать членом ложи, мысленно отделиться от жены и детей, быть призванным охранять тайну, о которой никогда ничего не узнаешь – все это способно сделать людей определенного сорта совершенно счастливыми».

Блеск полированного словесами самодовольства и лелеемой гордыни! Вот что позволяет удачно сочленить бывшего русского с точно таким же американцем или немцем.

Иван Владимирович – человек невоцерковленный, поэтому не может сформулировать духовной общности масонов и сект. Он говорит просто: это какой-то особый тип людей – если бы они не пришли в ложу. поступили бы к Муну или стали карточными игроками.

Однако знакомство с доктором пригодилось теперь уже самим «сыновьям вдовы». Некоторые из них стали пациентами Ивана Владимировича. Он констатирует первый случай: из психически неуравновешенного человек в короткий срок превратился в шизофреника… Да, «раздвоение» личности, точнее, подселение дополнительных «личностей» в одно тело – известный результат инициации.

Случай второй – превращение бытового пьяницы в алкоголика второй степени зависимости. Таково усиление в несчастном пьяного беса.

Спиться на агапах несложно. После заседания ложи «великие и досточтимые» на скорую руку режут колбасу и пьют водку из пластмассовых стаканчиков. Напившись допьяна и заплакав несчастными слезами, масонская тайна показывает все свое ничтожество. Становится видно, как комплекс неполноценности карабкается по ступеням-градусам. Внешнее величие и неприступность – компенсируют неуверенность и нереализованность. Пахнет перегаром, а не всемогуществом. «Братская любовь» оказывается неспособной устроить брата, потерявшего работу. И даже – обойти присутствующих с «кружкой вдовы», чтобы собрать ему пожертвования… А наутро вся дурь российского интеллигента собирается под черепной коробкой и болит.

Да, есть болезни, которые не лечатся психотерапевтами. Духовные болезни.

Одно из имен диавола – дух безумия.

«Министерство Конца Света»

«Дьявол – первый вольнодумец и спаситель мира. Он освободил Адама и ставит печать человечности и свободы на его челе…» – это не просто эффектная фраза. Масон Михаил Бакунин говорил о духовном смысле грядущей революции со знанием дела: «… нам придется разбудить дьявола в людях, чтобы возбудить самые низкие страсти». Такому поджигательству радовался перед революцией Ленин. Об этом же говорит теперь основатель Римского клуба Печчеи.

Очевидна закономерность: перед всеми мировыми потрясениями созывались крупнейшие масоно-иудейские конгрессы. Так было в Вильгельмсбаде перед «великой французской революцией». Так было в 1847 году, накануне всеевропейских беспорядков. Как не вспомнить и Базельский конгресс сионистов в начале XX века! (Там впервые узкому кругу посвященных зачитывались «Протоколы Сионских мудрецов»). Конгресс 1993 года в Страсбурге – тоже из этого ряда.

Роль масонов в «революционном» забесовлении масс, – очевидна. В коммунистической интерпретации идея «измененного сознания» называлась выработкой «классового сознания». И оно, по Марксу, должно было выплавиться в тигле войн и революций: «Вам, может быть, придется пережить еще 15, 20, 50 лет гражданской войны для того, чтобы изменить существующие условия и чтобы сделать самих себя способными к господству».

…Переход к революционному качеству масонов является переходом к более высоким степеням посвящения. То есть к получению более крупного беса. Вот пример, связанный с уже знакомой нам американской ложей «Череп и кости», которую считают «наиболее влиятельным тайным обществом в стране». Орден пользуется, по словам исследователя Э. Саттона, весьма эффективной технологией разворачивания революций. Ее называют еще технологией регулируемого конфликта. Сталкивая различные силы (поистине диавольским образом), европейские масоны достигли «успеха» во времена «великой французской революции», [88] а американские – приложили руку к событиям в России 1917 года. Важнейшим элементом таких столкновений является психоз.