Читаем Письма из Владимирской тюрьмы полностью

Если откажут, тоже не переживай. Так что вас жду, старайтесь приехать раньше, чтобы обязательно встретиться с начальницей санчасти, а уж потом со мною. Ну вот, пока все. Извини, что пишу небрежно, очень тороплюсь. Крепко обнимаю и целую тебя и всех, мои родные и дорогие. Главное, не волнуйтесь и не переживайте. Все, как я понимаю, будет хорошо.

Еще раз целую.

22.8.63 г.

P. S. Понятно, что о свидании со мной ничего ни Оленька, ни Хи, ни Симочка знать не должны. Я очень беспокоюсь, что вы все будете волноваться. Но ты, Светочка и Зоинька должны это знать.


Здравствуй, моя дорогая любимая Оленька!

Прежде всего большущее спасибо за твою фотокарточку — это поистине замечательный подарок, который ты сделала. Карточка мне очень, очень понравилась. Я очень часто и подолгу на нее гляжу, и она очень красит мою жизнь. Ты напрасно считаешь, что на ней выглядишь старой, мне ты такой не кажешься. Я считаю ее удачной. Еще раз тебе за нее большое спасибо. Что-то очень мало ты мне в этом месяце прислала писем, и меня это беспокоит. Кажется, то ли в связи с простудой или чем-то другим, ты плохо себя чувствуешь. А ты и другие мои корреспонденты от меня это скрывают.

Очень прошу, как только получишь это письмо, сообщи безо всяких прикрас, как ты себя чувствуешь и как ты за собой следишь? Бываешь ли на воздухе? Гуляешь ли и как долго? Будет очень жаль, если ты полностью не воспользуешься этой великолепной погодой, такой теплой и солнечной.

Кстати о здоровье, в одном из писем ты сообщаешь, что склоняешься начать лечение у гомеопатов. Мне кажется, этого делать не следует. Тебе следует беречь и щадить свое здоровье и нервы и зря не рисковать, пускаясь на эксперименты. Чеховы очень хорошие и славные люди, но медицинские советы очень тебя прошу и рекомендую получать у хороших медиков. Во всяком случае, моя любимая, раньше, чем что-либо предпринимать, поговори с Соничкой и Светочкой.

Я очень рад, что у Федора в этом году уродилось много яблок и что участок у него стал хороший. По крайней мере, ты там могла немножко отдохнуть и побыть на свежем воздухе, все же там лучше, чем в Москве. Ну а осенью, но позже, ты уж обязательно поезжай в санаторий — что совершенно необходимо, и Зоинька мне писала, она обязательно это организует. Я считаю, что только путем такой закалки и отдыха ты сможешь избежать зимой лишних простуд, что, как сама понимаешь, очень важно.

Напиши мне, пожалуйста, как ты живешь в настоящее время. Зоинька уже, наверно, уехала лечиться, Танюша начала учебу? А ты как проводишь свой день, не много ли возишься с хозяйственными делами? Не устаешь ли больше, чем это положено, достаточно ли ты отдыхаешь? Береги себя, моя родная, помни всегда, как это для нас всех важно, чтобы ты была здорова. А мне пиши возможно чаще, чтобы я по почерку мог определить, как ты себя чувствуешь, как твое общее состояние и настроение.

Ты права, моя любимая, чем дольше длится мое пребывание во Владимире, тем тяжелее и изнурительней разлука. Но старайся крепиться и сделать все, чтобы это не отражалось ни на твоем настроении, ни на твоем здоровье, что самое главное. Напрасно тебя, моя дорогая, тревожит, что с поясом. Все сложилось очень удачно, пояс, который ты мне прислала, подошел во всех отношениях, никаких исправлений не нужно. Я надел его и ношу все время. Так что никаких других поясов мне заказывать и делать не нужно, этот меня вполне устраивает. Большое тебе за него спасибо, он очень эластичен и удобен.

Ты совсем ничего не пишешь, начала ли уже лечить зубы? Это очень неприятная вещь, я очень хорошо знаю и сочувствую тебе, но сделать это совершенно необходимо. Очень прошу тебя не откладывать в долгий ящик. У меня в настоящее время тоже неприятности с зубами. Единственный мост, который остался на нижней челюсти, сломался. И сейчас приступаю к дерганию зубов, на которых он стоял. Они пришли в негодность, и нужно делать его на пластинке. Когда эта операция закончится, трудно сказать, но я решил предстать перед твоими глазами на свидании с полным ртом новых зубов. Поэтому, весьма возможно, нам придется встретиться не в начале, а в конце октября. Во всяком случае, в следующем письме я тебе об этом напишу точно.

Я, моя любимая, не мыслю ни одного свидания в будущем без тебя, потому что свидание без тебя — это самое большое несчастье — значит, ты больна. Поэтому ты обязательно должна ездить ко мне, без тебя свидание невозможно. И будем надеяться, что ты себя чувствуешь хорошо и свидание пройдет отлично.

Перейти на страницу:

Все книги серии Мемуары под грифом «секретно»

Лихолетье: последние операции советской разведки
Лихолетье: последние операции советской разведки

Автор этой книги – человек легендарный. Николай Сергеевич Леонов – генерал-лейтенант КГБ в отставке, доктор исторических наук, академик РАЕН, друг Рауля Кастро и Че Гевары, личный переводчик Фиделя Кастро во время его визита в 1963 году в СССР, многие годы руководил работой информационно-аналитического управления советской внешней разведки. Он не понаслышке знает о методах работы спецслужб СССР и США, о спецоперациях, которые проводило ЦРУ против Советского Союза. Основываясь на своем личном опыте Леонов показывает, как работала существовавшая в последние годы СССР система принятия важнейших политических решений, какие трагические ошибки были допущены при вводе советских войск в Афганистан, предоставлении помощи так называемым развивающимся странам, а также в ходе проводившихся при Горбачеве переговоров о разоружении.

Николай Сергеевич Леонов

Детективы / Военное дело / Военная история / Спецслужбы / Cпецслужбы
Спецслужбы СССР в тайной войне
Спецслужбы СССР в тайной войне

Владимир Ефимович Семичастный, партийный и государственный деятель, председатель КГБ в 1961–1967 годах, был из числа «молодых реформаторов», заявивших о себе во времена «оттепели» и смещенных с политического Олимпа в эпоху «застоя». Первый из руководителей КГБ, кто регулярно встречался с ценными агентами советской внешней разведки и единственный, кто в своих мемуарах подробно рассказал о работе разведчиков-нелегалов. А еще о том, как удалось избежать трансформации Карибского кризиса в Третью мировую войну и какую роль в этом сыграла советская внешняя разведка.Оценивая работу разведок, противостоявших друг другу в разгар «холодной войны», он не только сравнивает их профессиональную эффективность, но и задается более глубокими вопросами — о том, морален ли шпионаж вообще, и чем государству и личности приходится платить за проникновение в чужие тайны.

Владимир Ефимович Семичастный

Детективы / Биографии и Мемуары / Военное дело / Спецслужбы / Документальное
Наш Ближний Восток
Наш Ближний Восток

Летом 2015 года в результате длительных переговоров было достигнуто историческое соглашение по атомной программе Ирана. Осенью 2015 года начались наши военные действия в Сирии.Каковы причины антииранских санкций, какова их связь с распадом СССР? Какой исторический фон у всех событий на Ближнем Востоке в целом и в Сирии в частности? В своих воспоминаниях В.М. Виноградов дает исчерпывающие ответы на эти и многие другие вопросы, связанные с современной ситуацией на Ближнем и Среднем Востоке.Владимир Виноградов, чрезвычайный и полномочный посол СССР в Египте во время войны Египта и Сирии с Израилем (1973) и в Иране во время Исламской революции (1979), являлся в Союзе одним из главных специалистов по Ближнему региону и, безусловно, ключевым игроком в этих важнейших событиях нашей истории.

Владимир Михайлович Виноградов

Биографии и Мемуары

Похожие книги

100 знаменитых тиранов
100 знаменитых тиранов

Слово «тиран» возникло на заре истории и, как считают ученые, имеет лидийское или фригийское происхождение. В переводе оно означает «повелитель». По прошествии веков это понятие приобрело очень широкое звучание и в наши дни чаще всего используется в переносном значении и подразумевает правление, основанное на деспотизме, а тиранами именуют правителей, власть которых основана на произволе и насилии, а также жестоких, властных людей, мучителей.Среди героев этой книги много государственных и политических деятелей. О них рассказывается в разделах «Тираны-реформаторы» и «Тираны «просвещенные» и «великодушные»». Учитывая, что многие служители религии оказывали огромное влияние на мировую политику и политику отдельных государств, им посвящен самостоятельный раздел «Узурпаторы Божественного замысла». И, наконец, раздел «Провинциальные тираны» повествует об исторических личностях, масштабы деятельности которых были ограничены небольшими территориями, но которые погубили множество людей в силу неограниченности своей тиранической власти.

Валентина Валентиновна Мирошникова , Наталья Владимировна Вукина , Илья Яковлевич Вагман

Биографии и Мемуары / Документальное
Ленин
Ленин

«След богочеловека на земле подобен рваной ране», – сказал поэт. Обожествленный советской пропагандой, В.И. Ленин оставил после себя кровавый, незаживающий рубец, который болит даже век спустя. Кем он был – величайшим гением России или ее проклятием? Вдохновенным творцом – или беспощадным разрушителем, который вместо котлована под храм светлого будущего вырыл могильный ров для русского народа? Великим гуманистом – или карателем и палачом? Гением власти – или гением террора?..Первым получив доступ в секретные архивы ЦК КПСС и НКВД-КГБ, пройдя мучительный путь от «верного ленинца» до убежденного антикоммуниста и от поклонения Вождю до полного отрицания тоталитаризма, Д.А. Волкогонов создал книгу, ставшую откровением, не просто потрясшую, а буквально перевернувшую общественное сознание. По сей день это лучшая биография Ленина, доступная отечественному читателю. Это поразительный портрет человека, искренне желавшего добра, но оставившего в нашей истории след, «подобный рваной ране», которая не зажила до сих пор.

Дмитрий Антонович Волкогонов

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука / Документальное
Моя борьба
Моя борьба

"Моя борьба" - история на автобиографической основе, рассказанная от третьего лица с органическими пассажами из дневника Певицы ночного кабаре Парижа, главного персонажа романа, и ее прозаическими зарисовками фантасмагорической фикции, которую она пишет пытаясь стать писателем.Странности парижской жизни, увиденной глазами не туриста, встречи с "перемещенными лицами" со всего мира, "феллинические" сценки русского кабаре столицы и его знаменитостей, рок-н-ролл как он есть на самом деле - составляют жизнь и борьбу главного персонажа романа, непризнанного художника, современной женщины восьмидесятых, одиночки.Не составит большого труда узнать Лимонова в портрете писателя. Романтический и "дикий", мальчиковый и отважный, он проходит через текст, чтобы в конце концов соединиться с певицей в одной из финальных сцен-фантасмагорий. Роман тем не менее не "'заклинивается" на жизни Эдуарда Лимонова. Перед нами скорее картина восьмидесятых годов Парижа, написанная от лица человека. проведшего половину своей жизни за границей. Неожиданные и "крутые" порой суждения, черный и жестокий юмор, поэтические предчувствия рассказчицы - певицы-писателя рисуют картину меняющейся эпохи.

Александр Снегирев , Елизавета Евгеньевна Слесарева , Адольф Гитлер , Наталия Георгиевна Медведева , Дмитрий Юрьевич Носов

Биографии и Мемуары / Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза / Спорт