Плавучий мост. Журнал поэзии. №3/2019

   Очень много, быть может, тысячу лет спустя,   Станет вдруг возможным попасться в сети знакомых улиц,   И привиться жилой на городских костях,   На бревенчатых стенах, что дремлют, слегка ссутулясь.   Через низкую облачность этот город не видит Бог,   И дожди на него насылает почти вслепую,   И теперь наступает ночь, и город впотьмах оглох,   И его не дозваться, сквозь морось бредя скупую,   И воды не испить с отсутствующего лица.   Вот, прищуря глаза, любой подтвердит учёный —   Ни в какой парадигме сей город не описать,   Нетождественный сам себе, сам на себя обречённый.   Только я не учёный, и к чёрту, стало быть, диамат,   Эту методологию всю, и тезис, и антитезис;   Пусть Затеевский на сторонах своих другие взрастил дома,   Но вдоль них по утрам всё так же гуляет его Лахезис.   И на месте стоя, хочется задышать,   Только поры на коже забились зловонным салом,   Из раздутых ноздрей-колодцев испаряется, бьёт душа —   Что же, Господи Боже, с воздухом этим стало?   Город спит, недвижимый, и по его спине,   Иссечённой крест-накрест асфальтовыми ремнями,   Бродят духи нечистые, не исходя в свиней,   И по нервам его проводов кочуют от ямы к яме.В этот город возможно прийти, а выйти никак нельзя —Ни верхом, ни пешком, ни по воздуху, тут хоть тресни.Он лежит, сам собою в тугие объятья взят,Догнивает в сыром ноябре под трамвайные песни.

«Под косогором, на ковре огней химкомбината…»