По субботам не стреляю

Не то чтобы я думала, что он останется в Швейцарии навсегда. Нет, этого я не думала. Но мне было так страшно представить себе, что будет, когда он вернется, что я предпочитала вовсе об этом не думать. В точности как страус – прав был без вести пропавший Сергей Кузнецов. В понедельник я должна буду встретиться с Костей, посмотреть ему в глаза, что-то сказать... Невозможно!

– Надо подумать, как с ним разговаривать, – сказала сестра. – Завтра, на ясную голову... Ладно?

– Ладно, – уныло кивнула я и отправилась спать.

Человек, как известно, предполагает... Не зря Маринка называла это дело «двухколейным». Стоило нам сосредоточиться на линии «Костя–ревность–шантаж», как нас перебросило в другую колею. И как!

В воскресенье ведущий двенадцатичасовых новостей объявил:

– Только что мы узнали, что журналист Сергей Кузнецов вернулся домой. Пока нам не удалось поговорить с ним подробно. Мы выяснили только одно: Кузнецов был похищен неизвестными лицами и все эти дни находился у них в плену. Более подробная информация – в следующих выпусках.

Стоит ли говорить, что, когда подошло время следующего выпуска, мы рванули к телевизору наперегонки.

– К сожалению, Сергей Кузнецов не смог приехать сегодня к нам в студию, – сообщил ведущий. – Он обещал приехать завтра и дать подробное интервью. А сегодня он согласился побеседовать с нашим корреспондентом Еленой Галкиной у себя дома.

Камера показала комнату с письменным столом и компьютером – по-видимому, рабочий кабинет, хотя с потолка свисали спортивные кольца, в углу была шведская стенка, а на полу под ней – мат. За столом сидел мой недавний знакомец. На этот раз он был в спортивном костюме и шлепанцах. Камера показала его крупным планом. Вид у него был не такой веселый и победный, как в момент нашего знакомства, а растерянный и как будто немного смущенный.

– Он? – зачем-то спросила сестра.

– Он самый, – подтвердила я.

– Сергей, – обратилась к нему корреспондент Елена Галкина, маленькая, кудрявая и восторженная, – если можно, расскажите, пожалуйста, о том, что с вами произошло.

– Знаете, я пока еще не очень в состоянии... – сказал Кузнецов. – Не собрался с мыслями. Я уже говорил вашему коллеге. Впрочем, расскажу, но только вкратце, так сказать, основную канву...

– Да, конечно, пожалуйста, – поспешно согласилась Галкина. – Насколько я понимаю, это случилось в среду?..

– В среду, – подтвердил Кузнецов. – В среду вечером я вышел из редакции очень поздно, в начале одиннадцатого. Подошел к своей машине, сел, и тут мне на голову набросили мешок. То есть я думаю, что это был мешок... Потом связали и положили на заднее сиденье. Кто-то сел за руль. И повезли... Привезли в какой-то подвал – не подвал, а прямо-таки подземелье. Ну и продержали там три дня, а потом выпустили.

– Сергей, – жалобно взмолилась Галкина, – я понимаю, вам не до того, нужно прийти в себя... Но, может, хоть чуть-чуть поподробнее?.. Насколько мне известно, похитители не вступали ни с кем в переговоры, не ставили никаких условий, не просили выкуп... Какова же была цель этого похищения, и почему они вас все-таки отпустили? У вас есть ответ на этот вопрос?

– Да, я знаю ответ. Знаю от них самих. Им действительно не нужен был выкуп. Они преследовали совершенно другую цель. Вы помните мою статью «Не верь глазам своим»?

Галкина промычала что-то неопределенное. Кузнецов продолжал как ни в чем не бывало:

– Она вышла во вторник. В этой статье я доказывал, что международных тайных заговоров не существует... Так вот – эти люди похитили меня с единственной целью: доказать мне и через меня всем прочим реальность собственного существования.

– Вот это номер! – воскликнула сестра.

Что до меня, то я просто утратила дар речи и беспомощно ловила ртом воздух. Галкина тоже выглядела крайне изумленной.

– Вы хотите сказать, что они объяснили вам прямым текстом?..

– Именно так. Вы спрашиваете, почему они меня отпустили... Потому и отпустили. Зачем я им там? Я был им нужен только как передаточное звено, как провод, что ли... Или, если хотите, как почтовый голубь. Они вложили в меня определенную информацию и отправили обратно, чтобы я нес эту информацию дальше. Вам, например...

– Скажите, Сергей, – продолжала Галкина, – вы видели этих людей?

– И да, и нет. Я их видел, но они были в масках, все до единого, и в одинаковой одежде, вроде балахонов.

– Как они с вами обращались?

– Неплохо. Можно даже сказать, хорошо. Если, конечно, не считать того, что держали взаперти. Кормили-поили, как в ресторане. Газеты давали.

– Какие газеты?

– «Общую», «Сегодня» и «Завтра».

– И «Завтра»?

– И «Завтра».

– Как происходило ваше общение с ними?

– Сначала никакого общения не было. Весь четверг я сидел один, и никто мной не интересовался. Это было, пожалуй, хуже всего. Я не понимал, что происходит. Честно говоря, я впал даже в панику. Стал стучать в дверь, кричать и все такое... Тогда вошел охранник и сказал, чтобы я потерпел до завтра – завтра мне объяснят, что к чему. В пятницу меня отвели к Магистру. Он-то мне и растолковал, что им от меня нужно.

– Что именно он сказал?