По теневой, по непарадной. Улицы Петербурга, не включенные в туристические маршруты

Так появился в столице Российской империи первый завод по производству консервов. Правда, вышла заминка с потребителями. Желающих пробовать незнакомый продукт не нашлось, поэтому дегустаторами стали заключенные столичной военной тюрьмы. Из двух сотен заключенных выбрали десяток крепких мужчин, сидевших в одиночных камерах. Этот выбор позволял все точно проверять и контролировать.

Конечно же, по городу пошли слухи о вреде консервов, в продукции завода Азибера попадался брак, однако обрусевший француз, чье имя переиначили во Франца, на немецкий лад, вошел в отечественную историю, как первый российский изготовитель консервов.

Дом № 42 в 1909 г. перестроил инженер Владимир Козьмин. В таком виде он существует и поныне. В этом доме в 1918–1919 гг. жил художник Павел Филонов. Вероятно, здесь он создал «Портрет Армана Францевича с сыном». То есть речь идет о сыне и внуке основателя консервного предприятия.

Рядом возвышаются два больших промышленных корпуса, возведенных в 1844–1846 гг. Федором Руска для гальвано-пластического заведения герцога Лейхтенбергского.

Максимилиан Иосиф Евгений Август Наполеон Богарне герцог Лейхтенбергский — так полностью звучит его имя. Сын принца Евгения Богарне, пасынка Наполеона (никуда не деться от тени Наполеона, гуляя около Нарвских ворот. — А. Е.) и дочери короля Баварии, герцог 1839 г. женился на великой княжне Марии Николаевне, дочери императора Николая Павловича, и поселился в России.

Максимилиан Лейхтенбергский увлекся технологией гальванопластики, незадолго до этого в 1838 г., изобретенной Борисом Семеновичем Якоби, стал серьезно заниматься опытами. Сначала в устроенной в Зимнем дворце лаборатории, чуть позднее — в здании штаба Гвардейского корпуса. А в итоге основал «Гальванопластическое, литейное и художественной бронзы механическое заведение». Между прочим, в этом «механическом заведении» были изготовлены статуи, фигуры апостолов и ангелов для Исаакиевского собора, медные кони для Большого театра в Москве, статуи и барельефы для эрмитажных зданий. После смерти герцога завод перешел во владение Общества российских железных дорог. В цехах разместилась Сухопутная таможня.

В 1930-е гг. корпуса надстроили двумя этажами с ленточными окнами, которые явно диссонируют с обликом старых промышленных корпусов.

По сравнению с этими корпусами, стоящими, к счастью, торцами к проспекту, здание банка, расположенное вдоль магистрали, кажется шедевром современного градостроения. Оно и вправду года три назад приобрело достойный вид, а прежде это было совершенно безобразное промышленное здание.

Подворье Валаамского монастыря

Однако настоящим шедевром в этой части Старо-Петергофского проспекта нечто более заметное и куда более примечательное. А именно — подворье Валаамского монастыря, расположенное на углу с Нарвским проспектом. После пятидесятипятилетнего перерыва в августе 1989 г. Валаамское подворье передали верующим. А с 1909 по 1935 г. здесь находилось подворье Староладожского Успенского женского монастыря, известного тем, что в нем заточили первую жену Петра I, царицу Евдокию Лопухину, которая пробыла в нем с 1718 по 1725 г., до смерти Петра. В монашестве она стала Еленой. Любопытно, что в XIX в. староладожское монашество в память о ней переименовало речку Ладожку, по которой получила имя древняя столица Руси, в Елену. Это имя неожиданно всплыло из небытия перед 1250-летием Старой Ладоги, когда на мосту через речку Ладожку у древней русской крепости появилась табличка «р. ЕЛЕНА».

Впоследствии чиновники администрации Ленобласти нашли воистину Соломоново решение. В Старой Ладоге, т. е. в нижнем течении, речка называется Ладожкой, а в верхнем — Еленой, в чем могут убедиться все, кто ездит по Мурманскому шоссе.

Трехпридельный храм с прилегающим к нему подворьем создал известный церковный зодчий Василий Косяков. Строительство, начатое в 1905 г., производилось на народные пожертвования. Купеческая вдова Мария Ефимовна Иванова пожертвовала 30 ООО рублей.

Напротив подворья стоит здание начальной школы № 615. Примечательно, что это единственная в Петербурге дугообразная школа, повторяющая изгиб Нарвского проспекта. О другой школе, построенной в дугообразной форме, исходя из других градостроительных принципов, речь впереди.

Рядом с Валаамским подворьем находится симпатичный двухэтажный дом под № 7 по Нарвскому проспекту. Его для Нарвского убежища общества «Ясли» возвел в конце позапрошлого столетия архитектор Валентин Демяновский. Уже много лет в нем работает районная женская консультация. Этот дом — старейший на Нарвском проспекте, застроенном, в основном, доходными домами в первые полтора десятилетия XX в. Впрочем, наравне с домом № 11, который в 1897–1898 гг. для работников товарищества Российско-Американской резиновой мануфактуры построил Роберт Гедике, занимавшийся параллельно и строительством корпусов гиганта резиновой производства в России, более известно нам, как «Красный треугольник».