Победила бы нынешняя Россия в Великой Отечественной?

Уже вышеперечисленный объём работы таков, что заставляет относиться к Мехлису с огромным уважением, но в 1941 году он, как представитель Ставки, делал и то, что от комиссара сложно было требовать: он не только останавливал бегущих, но и вновь формировал из них дивизии, искал для этих дивизий оружие и выводил эти дивизии навстречу немцам. Особенно тяжело ему пришлось в тех славных Тихвинских операциях, спасших Ленинград от полной блокады. Напомню, что и Тихвинская оборонительная операция и одна из крупнейших и успешных в 1941 году Тихвинская наступательная операция проводились одновременно с Московской битвой, и Ставка не могла выделить достаточно сил для помощи Ленинграду. Но Мехлис справился. Ю. Рубцов приводит такие факты:

«Войсками 4-й армии противник был остановлен на подступах к Тихвину. Правда, ненадолго. 1 ноября наступление на Тихвин было возобновлено, и 8-го город пал. Было нарушено управление 4-й армией, враг вышел в глубокий тыл 54-й армии Ленинградского фронта.

Бои носили чрезвычайно напряженный характер, наши войска несли большие потери, испытывая к тому же острый недостаток в оружии, боеприпасах, теплой одежде. Уполномоченный Ставки приказал, что называется, жесткой метлой вычищать все «сусеки». Вот наглядное тому свидетельство – в тыловых частях даже небольшого гарнизона станции Веребье было изъято: винтовок самозарядных – 1, винтовок трехлинейных – 86, винтовок малокалиберных – 8, карабинов – 10, ручных пулеметов – 1 и т. д. Аналогичное изъятие производилось и в других гарнизонах.

«Не прибыли высланные Яковлевым (начальник ГАУ. – Ю.Р.) ручные пулеметы. Туго сейчас с винтовками. Совсем негде достать минометов», – информировал Мехлис Сталина 3 ноября. При этом прослеживается важная, на наш взгляд, деталь, характеризующая деловой стиль уполномоченного Ставки: приведенные выше слова доклада меньше всего следует принимать за жалобы и свидетельство беспомощности. Совсем наоборот: просьбу о тех же минометах Лев Захарович высказывает в конце телеграммы и как бы между прочим. А на первом плане – доклад об уже сделанном, в том числе за счет местных резервов.

Так фактически восстанавливались четыре стрелковые дивизии (вместо трех, как задумывалось раньше) – 111, 267, 288 и 259-я. Из 10 тысяч человек, направленных на их пополнение, более трети «выкачано», по выражению Мехлиса, из собственных тыловых частей и учреждений. «Оружия изъято из тылов – 4462 винтовки, 98 ручных и станковых пулеметов, минометов один, ППД – два… Кроме того дивизии изъяли из своих тылов 562 винтовки».

Можно понять, почему Мерецков просил Сталина оставить Мехлиса на Волховском фронте?

«Приобщившийся к демократическим ценностям» Ю. Рубцов, свято веря тем характеристикам, которые дали Мехлису некоторые наши героические полководцы, делает стандартный для нынешнего режима в России вывод, что «Мехлис представлял собой яркий и зловещий продукт 1937 года», и итожит: «Так что вреда от его пребывания на Крымском фронте было больше, чем пользы». Однако даже из тех фактов, которые он привёл, чтобы тенденциозно подогнать их под свой вывод, это отнюдь не следует.