Побоище князя Игоря

   — Дай бог тебе доброго здоровья, Вышеслав Бренкович, — благодарно промолвила Василиса, вытирая слёзы.

Она помогла втащить тело Онисима на верхнюю площадку башни и собралась уже уходить, как вдруг ночное небо озарилось пожаром. Загорелась Соборная башня.

   — Василиса, беги к тысяцкому, пусть ратников собирает! — велел Вышеслав.

Он побежал по стене к Соборной башне. В голове у него была одна мысль: «Удалась-таки поганым их уловка!»

Стражники в Соборной башне пытались тушить пламя песком, но прибежавшему Вышеславу сразу стало ясно, что главная опасность не огонь, а половцы, которые тёмной массой скопились во рву. Он слышал, как они приставляют к стене лестницы, как карабкаются наверх, бряцая оружием и подгоняя друг друга.

На колокольне деревянного собора ударили в набат. На узких улицах Путивля замелькали факелы, заметались полуодетые люди. Кто-то тащил в вёдрах воду, кто-то на ходу облачался в кольчугу...

Но половцы были уже на стене. Вышеслав сразил одного степняка, другого. Узость прохода на верхнем забороле давала ему некоторое преимущество. Но он видел, что уже горят верхние перекрытия воротной башни и нужно уходить со стены, иначе огонь отрежет путь. Вышеслав забежал в башню, полную едкого дыма, и бросился вниз по ступеням. Захлопнув крышку люка, он услышал, как наверху рухнула горящая балка, так что вздрогнуло всё строение.

Внизу у ворот стояли в растерянности немногочисленные ратники и женщины, прибежавшие тушить пожар, иные были босые и простоволосые. Увидев Вышеслава, люди кинулись к нему, словно он был их единственный спаситель.

— Женщины, бегите в соборную крепость и в детинец, спасайтесь сами и спасайте детей! — крикнул Вышеслав. — Ратники, за мной!

Воевода ещё надеялся, что, покуда горит воротная башня и огонь преграждает путь основному войску половцев, ему с воинами удастся сбросить степняков со стены. А там подоспеет тысяцкий со своими людьми, и общими усилиями они попытаются задержать врагов в выгоревших воротах.

Однако степняки не дожидались, когда пламя откроет им путь, и толпами лезли на стены по лестницам, врывались в башни и по ним проникали в город.

Вышеслав и его воины, не успев взойти на стену, оказались лицом к лицу с врагами в ближайшем переулке.

Завязалась сеча. Вышеслав стал пробиваться к Пятницкому собору. Ратники его погибали один за другим. Вскоре рядом с воеводой осталось всего четверо израненных воинов.

Бревенчатая стена, окружавшая соборный храм с колокольней и пристройками, была прочнее городской, так как была возведена сравнительно недавно. Обитые медью ворота были наглухо заперты. На стук никто не отзывался. В бойницах на вершине стены, укрытой двускатной кровлей, не было заметно никакого движения.

«Где же защитники? — недоумевал Вышеслав. — Кто-то собирается оборонять храм иль нет?!»

Вышеслав повёл свой маленький отряд к другим воротам, со стороны кладбища.

На одной из улиц на них прямо из-за угла выскочили несколько степняков. У одного на плече был мешок, чем-то набитый, другой тащил за косы девушку в белом платье с оторванным рукавом.

В завязавшейся стычке двое степняков были убиты, остальные бросились наутёк.

Вышеслав узнал Светлану:

   — Ты как здесь?

Девушка указала рукой вдоль переулка:

   — Дом тут мой. Как в колокола ударили, матушка с младшим братом к храму побежали, а я хотела пожар тушить. Но нехристи меня пленили, рукав вот оторвали.

— С нами будешь, — сказал Вышеслав, подавая девушке лук и колчан со стрелами, снятые с убитого половца. — Нам лучники позарез нужны.

Светлана уверенным движением перебросила колчан на спину. Выдернула стрелу и, наложив на тетиву, изготовила лук к стрельбе.

Половцы рассыпались по городу, но домов не жгли, обшаривая все закоулки в поисках золота и серебра. Детей и женщин хватали в полон. Стариков безжалостно убивали. Убивали и тех, кто оказывал сопротивление.

Другие ворота Соборной крепости тоже оказались запертыми.

Возле них суетилась большая толпа половцев, сооружая таран из срубленного ясеня. Со стены в них летели стрелы.

   — Там Василиса на стене, я узнала её! — радостно воскликнула Светлана, выглядывая из-за тына, где укрылись в густом малиннике Вышеслав и его ратники.

   — Вот и славно, коли так, — отозвался Вышеслав. — Ну, други, будем в детинец пробиваться. С Богом!

Путь к Детинцу был длиннее и опаснее, но Вышеслав провёл своих спутников глухими переулками, минуя терема бояр и купцов, где вовсю хозяйничали половцы. Захватив по пути ещё нескольких женщин с детьми, Вышеслав добрался наконец до ворот княжеской крепости на вершине холма.

Их заметили со стены и впустили.

В детинце находились почти все дружинники Вышеслава, очень обрадовавшиеся, увидев своего вожака живым и невредимым. Тут же был тысяцкий Борис с половиной своей пешей сотни.

   — Многие ратники к стенам побежали и добраться к детинцу уже не смогли, поганые их посекли, — сетовал Борис. — Кого успел собрать, тех привёл сюда. А что ещё мы можем сделать? Город уже не спасти...

   — Да, город нам не спасти, — с усталой обречённостью повторил Вышеслав и присел на теремное крыльцо.