Почему мы толстеем. Мифы и факты о том, что мешает нам быть стройными

Ранее я уже упоминал о двадцатичетырехчасовом цикле откладывания и сжигания жира. Мы получаем его в течение дня во время переваривания пищи (из-за оказываемого углеводами эффекта на инсулин); мы теряем его в перерывах между приемами пищи и ночью во время сна. В идеале жир, который мы получаем во время фазы его накопления, должен уравновешиваться жиром, который мы теряем во время фазы его сжигания.

То, что получено в течение дня, сжигается ночью, и в конечном счете весь этот процесс контролируется инсулином. Как я уже говорил, когда уровень инсулина возрастает, мы откладываем жир. Когда он падает, мы активируем его запасы и используем их в качестве топлива.

Отсюда можно сделать вывод, что если что-то способствует выделению дополнительного количества инсулина или держит уровень инсулина завышенным дольше, чем было предусмотрено природой, то тогда будет увеличиваться период, во время которого происходит откладывание жира, и уменьшаться время, в течение которого он сжигается. Как мы уже знаем, стоит это равновесие нарушить – откладывать больше жира, чем сжигать – на ничтожно малую величину, всего двадцать калорий в день, это может привести нас за пару десятилетий к ожирению[38].

Увеличивая время, в течение которого мы скорее откладываем жир, чем сжигаем его, инсулин оказывает еще один косвенный эффект.

Как вы помните, мы полагаемся на жирные кислоты, как на топливо в часы между приемами пищи, когда уровень инсулина опускается до того, каким он был перед едой.

Однако инсулин подавляет высвобождение жирных кислот из клеток жировой ткани; он приказывает другим клеткам организма сжигать вместо них углеводы. Таким образом, когда уровень сахара в крови приходит в норму, у нас появляется потребность в топливе-заменителе.

Если при этом уровень инсулина остается завышенным, то использовать с этой целью жир у нас нет никакой возможности. Белки, которые клетки нашего тела тоже используют при необходимости в качестве топлива, мы тоже не можем жечь: инсулин защищает и сохраненные в мышечной ткани протеины. Мы не можем использовать и углеводы, отложенные в печени и мышечной ткани, потому что их тоже инсулин держит под замком.

В итоге клетки испытывают топливный голод, и мы на самом деле чувствуем их голод. Как результат, мы возвращаемся к еде раньше, чем это сделали бы в нормальных условиях, или съедаем больше, чем обычно, или происходит и то и другое. Как я уже отмечал ранее, если по какой-то причине мы становимся толще, то это приводит к тому, что мы начинаем переедать. Вот что делает с нами инсулин.

Тем временем наши тела становятся толще, так как мы накапливаем жир, и наши потребности в топливе увеличиваются. Когда мы становимся толще, то увеличивается и количество мышечной ткани, необходимой для поддержания этого жира. (Опять-таки частично мы можем быть благодарны за это инсулину, который следит за тем, чтобы все потребленные нами белки шли на восстановление клеток мышечной ткани и органов, а также на образование новых мышечных волокон, если в этом возникает необходимость.)

 Итак, когда мы толстеем, наша потребность в энергии увеличивается, и по этой же причине у нас увеличивается и аппетит – особенно нас тянет к углеводам, потому что это единственный вид питательных веществ, которые наш организм использует в качестве топлива при повышенном уровне инсулина.

Это просто порочный круг, и именно из него нам и надо найти способ выбраться. Если нам предначертано становиться толще, то мы будем больше всего хотеть именно той богатой углеводами пищи, которая этому способствует.

Глава 12Почему я толстею, а вы нет (или наоборот)

Если инсулин делает людей толстыми, то почему из-за него толстеют только некоторые из нас? Как бы то ни было, у всех у нас в организме вырабатывается инсулин, и тем не менее многие из нас остаются стройными на протяжении всей своей жизни.

Это вопрос к природе – генетической предрасположенности, а не к воспитанию или характеристикам рациона и/или образа жизни, которые заставляют эту предрасположенность себя проявить.

Ответ заключается в том простом факте, что гормоны работают не в вакууме, и инсулин не является исключением.