Под музыку любви (СИ)

Давно она столько еды за один раз не съедала. Вот что значит, хорошее настроение.

- Я могу и не ходить туда, - тем временем грустно поделилась Линда, - я уже и так чувствую себя причастной к этому событию.

Ребекка задумчиво пила минералку.

- Мне кажется, - сказала Ребекка, - наша судьба - быть в том месте, где сейчас находимся.

Линда некоторое время молча смотрела на Ребекку.

- Ты так думаешь? - сказала она.

Ребекка улыбнулась.

- Линда, - сказала Ребекка, - посмотри кругом! Это все и есть твоя судьба! Этот город, и все, что с тобой здесь происходит - это только твоя история. Твоя мама, которая ждет тебя дома по вечерам. Твоя работа, в которой ты незаменима. Солнце, которое приветствует тебя по утрам. Океан, который радует тебя своими приливами и отливами. И даже твои следы на песке к этому океану - это твое только твоя судьба, и больше ничья.

- Ты думаешь?

- Я в этом просто уверена!

- А как же другие страны? - сказала Линда.

Ребекка улыбнулась.

- А другие страны, - сказала Ребекка, - это уже история других людей.

Линда тоже улыбнулась. Она и правда немного успокоилась. И на ее тоже напал хороший аппетит, хотя обед почти закончился.

Линда в срочном порядке намазала масло на тост и откусила большой кусок.

- Ты еще кое-что забыла, - сказала она Ребекке с набитым ртом.

- Что я забыла? - спросила Ребекка.

- То, что у меня - самая замечательная подруга в мире, - сказала Линда, - и другой подруги мне не надо!

Вечером у Аманды Стайгер не было съемок, и она уютно расположилась на берегу океана под большим плотным зонтиком. Несмотря на уходящее солнце, Аманда боялась обгореть.

Она нежилась коврике из тончайшего тростника и сквозь темные очки любовалась местными природными красотами. Да, нелегко быть известной актрисой, нельзя ни на секунду забывать о своем внешнем виде и о том, как на этот внешний вид могут повлиять какие-нибудь природные условия.

Таким шикарным женщинам, как Аманда, всегда нужно носить в сумочке всевозможные крема от сухого ветра, от загара, следов усталости под глазами и так далее. Всего и не перечислишь.

Роберт Фонтейн нашел Аманду на берегу. Подошел к ней поближе, тоже сел на коврик и провел пальцем по идеальному животу Аманды.

- Радость моя, ты мне солнце загораживаешь, - сонно сказала ему Аманда.

- Душа моя, какое солнце - вечером и под таким плотным зонтиком? - улыбнулся Роберт Фонтейн.

- Что поделаешь, любовь моя, что поделаешь, - притворно вздохнула Аманда, - я же сама себе не принадлежу.

- Ты принадлежишь мне? - с надеждой спросил Роберт Фонтейн.

- Нет, счастье мое, - грустно сказала Аманда, - я принадлежу своей профессии.

В этом месте они немного посмеялись. Затем Роберт стал устраиваться рядом с любимой женой, стараясь при этом спихнуть ее с коврика на песок.

- Роберт, говори, что хотел, и уходи куда-нибудь, - попросила его Аманда, - дай мне в кои-то веки побыть наедине с самой собой.

- Любовь моя, - сказал ей Роберт, - ты забыла, что для людей нашей профессии одиночество - это самая несбыточная мечта?

Аманда тоже пыталась спихнуть своего любимого мужа на песок.

- Значит, ты не оставишь меня сейчас в покое и не исполнишь хотя бы на полчаса эту мою мечту? - спросила Аманда.

- Конечно, исполню, - сказал Роберт Фонтейн, - но для начала я должен сообщить тебе одну новость.

- Надо же, в этом захолустье тоже бывают какие-то новости? - притворно удивилась Аманда.

- Новости бывают везде, радость моя, - сказал ей Роберт, - в любом захолустье.

- Говори же скорей, мое счастье, не томи меня, - попросила Аманда.

- Завтра приезжает Джулия Роджерс, - со вздохом сказал Роберт Фонтейн.

- Что?

Аманда даже села на коврике.

- Да, - развел руками Роберт, - она, видите ли, по телефону плохо оценивает обстановку.

- Монтгомери и его ассистенты по нескольку раз в день докладывают ей, как идут дела.

- Но мы же знаем, что ей вовсе не дела нужны, - сказал Роберт.

- Да, - задумчиво сказала Аманда, - ей нужен Монтгомери. Думаешь, она что-нибудь еще придумала?

- А что она может выдумать еще, - сказал Роберт, - все зло она уже совершила.

- Что ты, моя радость, не будь таким наивным, - сказала Аманда, - такие, как Джулия Роджерс, могут бесконечно зло придумывать.

- Ты думаешь?

- Больше чем уверена, - кивнула Аманда, - наверное, мы все-таки зря не сказали Монтгомери о том, что узнали в прошлом году.

- Уже ничего не вернешь, - сказал Роберт, - Ребекки все равно нет на его горизонте. Быть может, она уже давно где-то счастлива и забыла о нем.

- Но я не думаю, - сказала Аманда, - что Монти забыл о ней.

- Откуда ты знаешь? Он живет полной жизнью, у него все хорошо.

- Да, - сказала Аманда, - но мы все равно не можем точно знать, что творится у него в душе.

- Мы его друзья - и мы видим, что у него все хорошо, - сказал Роберт.

- Нам с тобой надо быть внимательными, когда приедет Джулия, - сказала Аманда, - постарайся не выпускать из виду ни ее, ни Монтгомери,

- Она ничего не может сделать, радость моя. Она никак не сможет заставить его жениться на ней. Это не в ее власти. И хотя она убрала Ребекку со своего пути еще десять лет назад, тут она бессильна.