Читаем Под музыку любви (СИ) полностью

- Откуда ты знаешь, где будут снимать, - спросил ее муж Готфрид, - тоже мне - режиссер нашлась.

- Ой, вы только не ссорьтесь из-за меня, - сказала миролюбивая миссис Корнуэл.

- Вот еще, из-за тебя, - вновь фыркнула Глэдис, - мы по двести раз на дню ссоримся, это наше обычное состояние.

Тогда миссис Корнуэл стала завидовать им еще и по этому поводу. Ей-то ссориться уже давно было не с кем.



Несмотря на занятость, режиссер с мировым именем Монтгомери Холден в этот день ровно в восемь утра уже был на противоположном от гостиницы краю городка - у дверей парикмахерской. Он докурил неизвестно какую по счету сигарету и выбросил ее в мусорный ящик, который стоял рядом с крыльцом.

Монтгомери Холден поднялся по ступенькам и вошел в небольшое помещение парикмахерской. В сотый раз объясняя самому себе, почему он должен сказать ей, что он узнал ее. И чтобы она не отрицала, что это она. И что это он. И он не может без нее жить.

Запутанно, витиевато, но чертовски верно. Пусть не отрицает, что это она, потому что это она, и у него сердце едва не отказало, как только он увидел ее на той фотографии. А потом и ноги подкосились, когда он, подходя к раскрытой двери парикмахерской, услышал ее голос.

В парикмахерской Ребекки не было. Скучающая Линда вскочила со своего кресла. Несколько секунд они молчали.

- Здравствуйте, - сказала Линда.

Монтгомери Холден кивнул. Возникла неловкая пауза.

- А ее не будет, - сказала Линда, - у нее голова третий день болит. Но я тоже умею брить.

Лицо режиссера было в мелких порезах после вчерашнего бриться.

- Может, врача? - сказал он.

- Кому? - не поняла Линда.

- Тому, у кого голова болит.

- Ах, нет, само пройдет.

- Все-таки - третий день.

- Нечего, справится, - сказала Линда, - так что - насчет побриться?

- Нет, - улыбнулся Монтгомери Холден, - извините. Но я так не могу.

- Что вы не можете? - не поняла Линда.

Вроде побриться пришел.

- Менять личных парикмахеров и адвокатов, - сказал Монтгомери.

- Вы же с ней всего два дня знакомы, - сказала Линда.

Все понятно. Не бриться он сюда ходит. Тут нечто большее.

- Это дело чести, - улыбнулся Монтгомери Холден.

Еще неловко постоял, подождал, вдруг появится Ребекка. Но - нет. Никто не возник в дверном проеме, прямо из утреннего тумана и соленого воздуха.

Монтгомери Холден на прощание кивнул Линде, развернулся и вышел.

- Бог мой, какой мужчина, - сказала Линда сама себе, оседая в кресло.

Хоть бы миссис Корнуэл пожаловала, что ли. А то со скуки можно заснуть. О нет, пусть не жалует. Увидит, что Ребекка уже с утра прогуливает.



Но миссис Корнуэл все-таки пожаловала. Возникла на пороге парикмахерской прямо из утреннего тумана.

Линда даже вздрогнула. Обычно миссис Корнуэл появлялась со стороны задней двери. А тут - уже и дышит с утра пораньше так тяжело, будто на другой конец городка гоняла. Интересно, какие новости принесла на хвосте?

- Кино! - важно сказала миссис Корнуэл.

- Что - кино? - спросила Линда.

- Кино будут снимать!

- В нашем захолустье?

- У нас город - у самого Бога в ладонях расположен! - сказала миссис Корнуэл.

- Мог бы растений ваш Бог побольше посадить, - сказала Линда.

- Растения здесь - как раз по климату! - обиделась за свой родной городок миссис Корнуэл, - большие растения здесь быстро засохнут.

- Да и климат можно было помягче сделать, - подливала масло в огонь Линда, - разве может нормальный человек такую жару переносить?

- Ты ничего не понимаешь, - сказала миссис Корнуэл, - надо любить то место, в котором живешь, а вам молодым - все не так. Все миражи какие-то ищете. А красоту под боком и не замечаете.

Линда зевнула. Ей бы спать в такое время, а не лекции о нравственности слушать.

- А где же наша девочка? - поинтересовалась миссис Корнуэл.

Ну вот - наша девочка. А Линда, значит - просто манекен. Хотя именно от Линды прибыль-то вся и идет. От одной Ребекки давно бы пришлось опять закрыть вашу парикмахерскую, непочтительно подумала Линда.

- Приболела наша девочка?

- Приболела, - сказала Линда, - после обеда выйдет. Все равно нет никого.

- Думаю, раз в городе новые люди появились, значит, у нас теперь и клиентов побольше будет, - с надежной сказала миссис Корнуэл.

- Это вы о съемочной группе? - остудила ее Линда, - так у них свои стилисты должны быть.

- О, а я и не подумала, - разочарованно сказала миссис Корнуэл.

- Вот-вот.

Линда от нечего делать принялась, как обычно, медленно крутиться в своем кресле.

- А чего же он тогда опять сюда приходил, - остановила ее своим вопросом миссис Корнуэл, - раз у них свои стилисты должны быть?

- Кто приходил?

Миссис Корнуэл кивнула на входную дверь.

- Как кто, - сказала она, - режиссер ваш. Когда сюда шла - нос к носу столкнулись.

- А-а, - сказала Линда, - так ему наша девочка приглянулась.

- Ты думаешь? - раскрыла рот миссис Корнуэл.

- Уверена, - вздохнула Линда.

Видали ведь, как она его вчера изрезала, когда брила, подумала Линда про себя, а он с утра пораньше - опять тут как тут.

Миссис Корнуэл растерянно села в кресло Ребекки.

- И что делать-то будем? - спросила она у Линды.

- А что нам делать? - не поняла Линда, - это уже не наше дело.

- А чье же?

Перейти на страницу:

Похожие книги

12 великих трагедий
12 великих трагедий

Книга «12 великих трагедий» – уникальное издание, позволяющее ознакомиться с самыми знаковыми произведениями в истории мировой драматургии, вышедшими из-под пера выдающихся мастеров жанра.Многие пьесы, включенные в книгу, посвящены реальным историческим персонажам и событиям, однако они творчески переосмыслены и обогащены благодаря оригинальным авторским интерпретациям.Книга включает произведения, созданные со времен греческой античности до начала прошлого века, поэтому внимательные читатели не только насладятся сюжетом пьес, но и увидят основные этапы эволюции драматического и сценаристского искусства.

Александр Николаевич Островский , Оскар Уайльд , Фридрих Иоганн Кристоф Шиллер , Иоганн Вольфганг фон Гёте , Педро Кальдерон

Драматургия / Проза / Зарубежная классическая проза / Европейская старинная литература / Прочая старинная литература / Древние книги
Нирвана
Нирвана

За плечами майора Парадорского шесть лет обучения в космодесантном училище и Восьмом Секретном Корпусе. В копилке у него награды и внеочередные звания, которые не снились даже иным воинам-ветеранам. Осталось только пройти курс на Кафедре интеллектуальной стажировки и стать воином Дивизиона, самого элитного подразделения Оилтонской империи. А там и свадьбу можно сыграть, на которую наконец-то согласился таинственный отец Клеопатры Ланьо. Вот только сам жених до сих пор не догадывается, кто его любимая девушка на самом деле. А судьба будущей пары уже переплетается мистическим образом с десятками судеб наиболее великих, прославленных, важных людей независимой Звездной империи. Да и враги активизировались, заставляя майора сражаться с максимальной отдачей своих сил и с применением всех полученных знаний.

Эва Чех , Владимир Михайлович Безымянный , Амиран , Владимир Безымянный , Данила Врангель

Фантастика / Космическая фантастика / Современная проза / Прочая старинная литература / Саморазвитие / личностный рост
Крылатые слова
Крылатые слова

Аннотация 1909 года — Санкт-Петербург, 1909 год. Типо-литография Книгоиздательского Т-ва "Просвещение"."Крылатые слова" выдающегося русского этнографа и писателя Сергея Васильевича Максимова (1831–1901) — удивительный труд, соединяющий лучшие начала отечественной культуры и литературы. Читатель найдет в книге более ста ярко написанных очерков, рассказывающих об истории происхождения общеупотребительных в нашей речи образных выражений, среди которых такие, как "точить лясы", "семь пятниц", "подкузьмить и объегорить", «печки-лавочки», "дым коромыслом"… Эта редкая книга окажется полезной не только словесникам, студентам, ученикам. Ее с увлечением будет читать любой говорящий на русском языке человек.Аннотация 1996 года — Русский купец, Братья славяне, 1996 г.Эта книга была и остается первым и наиболее интересным фразеологическим словарем. Только такой непревзойденный знаток народного быта, как этнограф и писатель Сергей Васильевия Максимов, мог создать сей неподражаемый труд, высоко оцененный его современниками (впервые книга "Крылатые слова" вышла в конце XIX в.) и теми немногими, которым посчастливилось видеть редчайшие переиздания советского времени. Мы с особым удовольствием исправляем эту ошибку и предоставляем читателю возможность познакомиться с оригинальным творением одного из самых замечательных писателей и ученых земли русской.Аннотация 2009 года — Азбука-классика, Авалонъ, 2009 г.Крылатые слова С.В.Максимова — редкая книга, которую берут в руки не на время, которая должна быть в библиотеке каждого, кому хоть сколько интересен родной язык, а любители русской словесности ставят ее на полку рядом с "Толковым словарем" В.И.Даля. Известный этнограф и знаток русского фольклора, историк и писатель, Максимов не просто объясняет, он переживает за каждое русское слово и образное выражение, считая нужным все, что есть в языке, включая пустобайки и нелепицы. Он вплетает в свой рассказ народные притчи, поверья, байки и сказки — собранные им лично вблизи и вдали, вплоть до у черта на куличках, в тех местах и краях, где бьют баклуши и гнут дуги, где попадают в просак, где куры не поют, где бьют в доску, вспоминая Москву…

Сергей Васильевич Максимов

Публицистика / Культурология / Литературоведение / Прочая старинная литература / Образование и наука / Древние книги