Подарок на всю жизнь. Руководство по грудному вскармливанию

Результат оказался поразительным. Во-первых, 60 % ранее втянутых сосков обретали привычную форму к моменту родов, и происходило это в равной степени во всех четырех группах (строго говоря, больше всего таких женщин оказалось в четвертой, ничего не делавшей группе, но разница была не так велика и могла оказаться случайной). Иными словами, втянутые соски вылечивались сами по себе, и усилия по их вытягиванию ничем не улучшали ситуацию. Через шесть недель процент женщин, по-прежнему кормивших грудью, оказался ниже всего в той группе, где пользовались только накладками; некоторым это изобретение показалось настолько неудобным, что они решили грудью не кормить.

Перед нами хороший пример того, насколько нужны хорошо сделанные научные исследования. Необходима контрольная группа, чтобы отличить результаты лечения от игры случая. Много лет многие матери (а именно 60 %) говорили, что им очень помогают эти средства, а многие врачи с акушерками повторяли: «Я всегда рекомендую накладки (или упражнения), и в большинстве случаев они работают очень хорошо». Еще важно измерять действительно значимый результат (в нашем случае продолжение кормления грудью), а не просто нечто промежуточное — форму соска саму по себе. Представим себе, что те матери, которые использовали формирующие накладки, в результате кормили бы дольше, хотя процент исправленных сосков остался бы прежним. Это бы означало, что накладки полезны и их следует рекомендовать, хотя мы и не понимаем, в чем именно заключается польза. Или же, наоборот, могло бы выясниться, что накладки весьма успешно изменяют форму сосков, но потом, когда доходит до дела, матери кормят так же, как и матери другой группы. Ну и что тогда толку в вытянутом соске?

Исследование госпожи Александер подействовало как холодный душ. Очень трудно было поверить, что те манипуляции, которые работали у нас на глазах, на самом деле оказались бесполезными. Поэтому было проведено еще одно, похожее, но более масштабное исследование, с большим количеством беременных, на базе нескольких больниц. Результаты оказались очень похожи: шесть недель спустя процент женщин, кормивших грудью, был совершенно одинаков во всех четырех группах. По крайней мере, на этот раз накладки оказались не контрпродуктивными, а просто бесполезными.

Иногда говорят, что исследования проводились с определенными марками накладок, что на рынке есть и другие, немного отличающиеся от этих, и они-то, возможно, полезны. Насколько я знаю, с другими марками исследования действительно никто не проводил, так что доказательств их бесполезности и впрямь нет.

Справившись со своим огорчением, мы смогли заметить, что не так страшен втянутый сосок, как его малюют. Несмотря ни на что, такие женщины могут кормить ребенка грудью. В определенном смысле это логично, в таких-то случаях и восклицают: как же я раньше не догадался! Младенец сосет грудь, а не сам сосок. Губы должны располагаться на ареоле, и языком давить надо тоже на нее. Во время сосания младенец не может даже замечать разницу между втянутым и обычным соском. Моя подруга, акушерка Лурдес Мартинес, как-то встречала женщину, кормившую грудью, несмотря на то что у нее вовсе не было одного соска: его еще в детстве удалили из-за кожной инфекции.

Сосок нужен не для того, чтобы его сосать, а чтобы показать ребенку, где сосут. Он вроде флажка на поле для гольфа, благодаря которому лунка видна издалека. Если бы грудь была вся гладкая и однородная, вроде мячика, младенец не знал бы, откуда же течет молоко. Он бы начал сосать где попало. Так и получилось однажды ночью с моей женой: ребенок по ошибке присосался не там, так что остался заметный синяк. Во избежание таких ошибок природа предусмотрела сложную систему указателей, в которой участвуют четыре чувства: зрение, осязание, обоняние и вкус. Младенец нюхает сосок (во время одного исследования женщинам мыли с мылом одну из грудей во время родов, а потом клали новорожденного посредине; большинство присасывалось к непомытой груди); он видит ареолу (вроде яркого круга на мишени, причем как раз к родам она темнеет, чтобы проще было учиться сосать); он прикасается к соску щеками и губами, а потом облизывает его, чтобы убедиться, что он и на вкус как сосок. Когда все четыре чувства говорят ему одно и то же, младенец не сомневается: вот он, клад! Если не хватает осязания, если грудь совершенно гладкая, все еще остаются остальные три.

Скорее всего, нашим предкам на протяжении тысяч лет хватало и трех указателей, чтобы найти лунку, так что почти все дети прекрасно сосали, в том числе и груди с плоскими сосками. В наше время, как сказано выше (см. раздел «Вмешательство в роды»), ситуация несколько усложнилась: в родах применяется анестезия, мать разлучают с младенцем в первые минуты жизни, у женщин нет возможности научиться кормить грудью, глядя на других матерей… Но если кто-нибудь (медсестра или акушерка) научит мать прикладывать ребенка к груди, то сосать он будет, сколь бы сильно сосок ни был втянут.