Гетман пытался создать более-менее боеспособную украинскую армию. Из военнопленных, побывавших в немецком плену и прошедших идеологическую обработку, сформировали две дивизии. Правда, немецкое оккупационное командование отнеслось к этому без восторга, во-первых, потому что не доверяло украинским воякам, во-вторых, потому что не считало их боеспособными. В ноябре 1918 года закончилась Первая мировая война. Германия и ее союзники признали свое поражение, и по условиям перемирия со странами Антанты немецкие войска стали выходить с территории Украины. А в это время там зрел новый заговор, уже против Скоропадского. Потому что он издал и подписал «Грамоту о федерации Украины с Россией». Этот шаг по-разному оценивали современники. Вот, например, руководитель гетманского украинского Телеграфного агентства Дмитрий Донцов (тот самый, отец национализма, он приехал в Киев еще до прихода немцев) считал ее предательством: «Что Грамота провозглашала федерацию с несуществующей Россией, ее не оправдывает. Вопрос государственной независимости — не вопрос тактики, а принципа».
Другие, наоборот, видели в этом тонкий расчет, потому что Скоропадский, по сути, сделал Украину центром возрождения страны, «собирания земель» и, возможно, центром будущего государства, как писал один из его сторонников, «Скоропадский приобщил Москву к Украине, а не Украину в Москве». И так могло показаться: Украина была не столь разорена, как Россия, которая уже стала полем жестоких боев между белыми и красными. Но по большому счету одной, единой России, с которой можно было бы объединяться, на тот момент не существовало. 13 ноября 1918 года была сформирована Директория УНР (новое правительство), во главе которой встали Симон Петлюра и украинский политик-социалист Владимир Винниченко. Петлюру еще в июле арестовывали по подозрению в подготовке заговора, потом отпустили под честное слово. И он тут же уехал в Белую Церковь, город недалеко от Киева, продолжать готовить восстание. В Белой Церкви находились галичане, «сечевые стрельцы». Их разоружили и распустили в первые же дни правления Скоропадского, они поболтались без дела и попросили разрешить им снова собрать свое подразделение. Им позволили, и они стали ударной силой восстания. Но вообще его поддержали во многих крупных городах. Симон Петлюра обратился к населению:
Симон Петлюра