Подожди! Как отложить решение до последнего момента и… победить

Порджес начал исследования нервных импульсов в конце шестидесятых годов прошлого века – как раз в это время психологи разделились на тех, кто оправдывал применение психотропных препаратов, и тех, кого захватила тема смерти. Он вступил в Общество психофизиологических исследований, относительно неприметную группу ученых с практическим складом ума, которые хотели объединить психологию и физиологию. Эти ученые, как и Порджес, мечтали лучше понять поведение человека с помощью наблюдений за телом в реальном времени. Они были недовольны растущей популярностью субъективных опросов и психологических тестов, и им не особенно хотелось три раза в неделю укладывать пациентов на диван и говорить с ними об их детстве.

Вместо того чтобы доверять словам пациентов, члены общества хотели сосредоточиться на изменениях в их телах. Как объяснил мне Порджес, «целью было – понять психологическое состояние пациента, не разговаривая с ним».

Порджес решил изучать сердце, посчитав, что высокоскоростные нервные связи между мозгом и сердцем имеют первостепенную важность для понимания человеческих эмоций. Он хотел доказать, что может оценить психологическое здоровье пациента путем определения изменений в сердечном ритме с точностью до миллисекунды. Ему представлялось, что в будущем психологи смогут диагностировать и даже предсказывать психические расстройства по одному лишь сердцебиению.

Как часто случается с гениальными идеями, предположения Порджеса поначалу казались всем откровенным безумием. С чего вдруг почти неуловимые изменения сердечного ритма должны быть связаны с психическим здоровьем? Да, когда мы возбуждены, сердце бьется быстрее, а когда спокойны – медленнее, но мы это едва замечаем; разница измеряется в крошечных долях секунды. Да, любопытно, что сердечный ритм ускоряется при вдохе и замедляется при выдохе, но это никак не влияет на вменяемость и психическое здоровье. Изменение ритма не влечет за собой внезапных вспышек безумия. Проверьте сами: вдохните и выдохните. Вдох-выдох. Вдох-выдох. Вы же не чувствуете, чтобы сердце билось быстрее на вдохе и медленнее на выдохе, хотя именно так и происходит. Точно так же вы не ощущаете никаких колебаний по шкале маниакальности-депрессивности, потому что их и нет. Так что же имел в виду Порджес? Докторская диссертация Порджеса, посвященная вариабельности сердечного ритма и скорости реакции, была самым крупным исследованием на эту тему с тех пор, как более ста лет назад Чарльз Дарвин, основываясь на ранних трудах французского физиолога Клода Бернара, предположил, что смена эмоциональных состояний у человека обусловлена скоростными циклами связи между мозгом и сердцем. Дарвин, предвосхитивший множество открытий в разных областях науки, высказал мысль, что блуждающий нерв (пневмогастральный, как тогда говорили) – это дорога, по которой проходят сигналы от мозга к сердцу и обратно. В 1872 году он писал:

Мы всегда можем ожидать, что сильное душевное возбуждение мгновенно и непосредственно отразится на сердце; это всем хорошо известно ‹…› возбужденное сердце оказывает влияние на мозг, а состояние мозга в свою очередь воздействует через блуждающий нерв на сердце; таким образом, всякое возбуждение сопровождается взаимодействием этих двух наиболее важных органов тела[8].[9]

Еще целое столетие ученым не хватало знаний, чтобы подтвердить или опровергнуть теорию Дарвина. В 1969 году, когда Порджес впервые посетил собрание Общества психофизиологических исследований, рассуждения о механизме обратной связи между мозгом и сердцем по-прежнему оставались на уровне гипотез. Требовалось меньше теории и больше практики.

Порджес разработал новые тесты сердечного ритма[10]. Он записывал, как менялась частота биения сердца у испытуемых, когда они сосредоточивались на каком-либо задании. Набрал студентов, подключил их к кардиотахометрам, рассчитал надежный способ измерения вариабельности сердечного ритма, а затем протестировал его с учетом разнообразных психологических факторов, уделив особое внимание младенцам. Он изучал сердечную ритмику самых разных живых существ, от крыс до маленьких детей. Более сотни лабораторий по всему миру использовали его метод для исчисления вариаций сердечного ритма.