Подводный ас Третьего рейха. Боевые победы Отто Кречмера, командира субмарины «U-99». 1939-1941

Пост Прина располагался немного севернее. Он патрулировал Скапа-Флоу — основную якорную стоянку флота метрополии. Его не радовало, что в случае объявления войны он будет находиться ближе всех к флоту метрополии. Он вполне резонно полагал, что если какая-то из гаваней Великобритании имеет хорошую защиту от нападения вражеских подводных лодок, то это именно Скапа-Флоу.

Лейтенант Шепке значительно меньше думал о британской противолодочной обороне, не забивал он голову и будущими военными проблемами. Прибыв в отведенный для него район в южной части Северного моря, он только и делал, что развлекал офицеров язвительными рассказами о своем участии в учебных атаках на грузовые и пассажирские суда в проливе Ла-Манш.

Вечером третьего дня Дёниц отправил всем командирам подводных лодок следующее сообщение: «Всем срочно вернуться на базы. Учения завершены».

Той ночью петля вокруг Великобритании растаяла в холодных глубинах моря. Двадцать пять стальных акул, несущих нешуточную угрозу, удалились к своим базам. Гитлер заверил Чемберлена, что Германия не имеет территориальных претензий, и премьер-министр вернулся в Лондон, имея при себе лист бумаги с обещанием мира. Искренняя радость англичан была вполне понятна немецким подводникам. Миллионы людей в самых разных странах с облегчением прослушали выступление Чемберлена по радио, в котором он сообщал миру об итогах Мюнхенской конференции. Весьма доволен был и адмирал Дёниц. Его детеныши показали зубки. Когда грянет следующий кризис, станет ясно, сумеют ли они кусаться.

После возвращения лодок на базы командиры флотилий получили следующие инструкции Дёница: всем капитанам следует распечатать свои конверты, ознакомиться с изложенными там планами действий и провести их свободное обсуждение. Итогом должен явиться некий общий отчет, отражающий мнение большинства. Однако в результате дискуссий поднялся такой шум, что его услышали даже в Берлине. Командиры подводных лодок обнаружили, что они, оказывается, должны были заниматься установкой мин на входах в гавани и реки вокруг Великобритании, а также атаковать многочисленные мишени, расположенные прямо перед носом у береговых батарей, внутри того, что считалось «хорошо обороняемыми районами», где можно было столкнуться с самыми разнообразными и, что характерно, совершенно неизвестными противолодочными заграждениями. По мнению всех капитанов, ведение боевых действий в непосредственной близости от береговой линии Великобритании было бы равносильно самоубийству или, что почти то же самое, уничтожению немецкого подводного флота.

Дёниц ответил, что непременно позаботится, чтобы эти приказы, если в них еще появится необходимость, были соответствующим образом изменены. Он заверил, что вовсе не имеет намерения разбрасываться подводными лодками и жизнями их экипажей. И те и другие стоили слишком дорого. Поэтому он посоветовал своим подводникам, если все-таки придется стрелять, не обмочить зря свои штаны.

Глава 2. Боевые единицы

Главнокомандующий ВМФ Германии адмирал Редер имел весьма слабое влияние на фюрера, когда речь шла о Bопpocax приоритета выпуска промышленной продукции. На первом месте всегда оказывались армия и люфтваффе. Несмотря на все решения и заявления о том, что в первую очередь в Германии должны строиться подводные лодки, со сборочных конвейеров немецких оборонных заводов сходили в массовом порядке танки и самолеты. По сравнению с этой широкой, полноводной рекой подводные лодки поступали на Балтику очень тонким, можно сказать, едва заметным ручейком. Однако и этого ручейка оказалось достаточно, чтобы в апреле 1939 года руководство ВМФ предложило Гитлеру обратиться к пункту о паритете, содержащемся в военно-морском договоре, мотивируя это тем, что «исходя из сложившихся обстоятельств это стало необходимо».

Таким образом, вышеупомянутый договор фактически превратился в пустую формальность.

В мае того же года руководство ВМФ обнародовало «Боевые инструкции для морских кораблей», в соответствии с которыми все действующие подводные лодки должны были нести боевое дежурство до официального начала любого военного конфликта на Востоке. А в августе, когда в распоряжении Дёница находилось уже 56 подводных лодок [В Королевском ВМФ тогда было 57 лодок. ], из которых 40 были действующими и могли в любой момент выйти в море, он решил, что пора придать «Боевым инструкциям» силу приказа. Он переместился вместе со своим штабом в Вильгельмсхафен, как уже делал это в 1938 году, и снабдил всех командиров подлодок запечатанными конвертами. На этот раз не было никаких публичных объявлений о начале боевых учений.

Экипажи подводных лодок получили указание о соблюдении режима строжайшей секретности, им даже было запрещено общаться с друзьями и родственниками «до прояснения обстановки».